Цитаты классической древнегреческой литературы о Аиде

 

Содержание
  1. РОЖДЕНИЕ АИДА
  2. АИД И ВОЙНА ТИТАНОВ
  3. АИД И РАЗДЕЛ ВСЕЛЕННОЙ
  4. АИД И ГИГАНТ ТИФОН
  5. АИД И НАЗНАЧЕНИЕ СУДЕЙ МЕРТВЫХ
  6. ПОТОМСТВО АИДА
  7. I. ЭРИНИИ
  8. II. ЗАГРЕЙ
  9. III. МЕЛИНОЯ
  10. ВОЗЛЮБЛЕННАЯ АИДА МИНФА
  11. ВОЗЛЮБЛЕННАЯ АИДА ЛЕВКА
  12. АИД И ОРФЕЙ
  13. АИД И ПОДВИГИ ГЕРАКЛА
  14. ГЕРАКЛ И ЦЕРБЕР
  15. II. ГЕРАКЛ И АЛКЕСТИДА
  16. III. ГЕРАКЛ И ОСАДА ПИЛОСА
  17. БЛАГОСКЛОННОСТЬ И ГНЕВ АИДА: СИЗИФ
  18. ГНЕВ АИДА: ПИРИФОЙ И ТЕСЕЙ
  19. ГНЕВ АИДА: АСКЛЕПИЙ
  20. ГНЕВ АИДА: ФИВЫ И БЛАГОВОЛЕНИЕМ КРОНИДАМ
  21. ГИМН АИДУ
  22. БОГ ЧЕГО
  23. ЦАРЬ ПОДЗЕМНОГО МИРА И БОГ МЕРТВЫХ
  24. БОГ ПОХОРОН
  25. БОГ СНОВ
  26. БОГ БОГАТСТВ ДРАГОЦЕННЫХ МЕТАЛОВ
  27. БОГ ПЛОДОРОДИЯ
  28. БОГ ЧАРОДЕЙСТВА И ЯВЛЕНИЙ ПРИЗРАКОВ
  29. I. ЧАРОДЕЙСТВО ОДИССЕЯ
  30. II. ЧАРОДЕЙСТВО ТИРЕСИЯ
  31. III. ЧАРОДЕЙСТВО ЭСОНА И АЛКИМЕДЫ
  32. IV. ЧАРОДЕЙСТВО МЕДЕИ
  33. V. ЧАРОДЕЙСТВО ВЕДЬМ
  34. VI. ОРАКУЛЫ МЕРТВЫХ
  35. VII. КОЛДОВСКИЕ ПРОКЛЯТИЯ
  36. БОГ ПРОКЛЯТИЙ И ПОВЕЛИТЕЛЬ ЭРИНИЙ
  37. I. ЭРИНИИ И ДУХ МЕСТИ
  38. II. ДУХИ МЕСТИ НА ПОЛЕ БИТВЫ
  39. III. ПРОКЛЯТИЯ ЭРИНИЙ
  40. IV. ПРОКЛЯТИЯ, СВЯЗАННЫЕ С АИДОЙ И ЭРИНИЯМИ
  41. ОТОЖДЕСТВЛЕНИЕ АИДА С АРИМАНОМ

РОЖДЕНИЕ АИДА

Гесиод. Теогония. 453-497. (Источник: Эллинские поэты VIII – III вв. до н. э. / Перевод В. В. Вересаева. – М.: Художественная литература, 1963. – С. 38-39) (греческий эпос 8-7 вв. до н. э.):

«Рея, поятая Кроном, детей родила ему светлых –

Деву-Гестию, Деметру и златообутую Геру,

Славного мощью Аида, который живет под землею…

Жалости в сердце не зная, и шумного Энносигея [Посейдона],

И промыслителя Зевса, отца и бессмертных и смертных,

Громы которого в трепет приводят широкую землю.

Каждого Крон пожирал, лишь к нему попадал на колени

Новорожденный младенец из матери чрева святого…

Вечно на страже, ребенка, едва только на свет являлся,

Тотчас глотал он.

Промчались года за годами.

Перехитрил он [Зевс] отца, предписаний послушавшись Геи:

Крон хитроумный обратно, великий, извергнул потомков,

Хитростью сына родного и силой его побежденный.

Первым извергнул он камень, который последним пожрал он».

 

Псевдо-Апполодор. Мифологическая библиотека. Книга I. I (5) – II (1). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 5) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Крон женился на сестре Рее и, так как Гея [Земля] и Уран [Небо] предрекли ему, что власть у него отнимет его собственный сын, стал пожирать рождавшихся у него детей. И первой он проглотил родившуюся Гестию, затем Деметру и Геру, вслед за ними Плутона [Аида] и Посейдона.

Став взрослым, Зевс призвал на помощь Метиду, дочь Океана, и она дала Крону выпить зелье, которое заставило его изрыгнуть вначале камень, а затем и детей, которых он проглотил».

 

Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга V. Глава LXVIII.(1). (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):

«Рассказывают, что у Крона и Реи были дети Гестия, Деметра и Гера, а также Зевс, Посейдон и Аид».

 

Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга V. Глава LXX.(1). (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):

«Другие же сообщают миф, будто Крон получил прорицание о рождении Зевса, согласно которому родившийся сын должен силой лишить его власти. Поэтому Крон и подвергал неоднократно исчезновению рождавшихся детей, пока возмущенная Рея, не в силах воспрепятствовать решению мужа, родила Зевса, которого спрятала на горе Иде…»

 

Гигин. Мифы. 13. <Введение.> Генеалогии. (Источник: Гигин. Мифы / Пер. Д. О. Торшилова под общ. ред. А. А. Тахо-Годи. — 2-е изд., испр. — СПб.: Алетейя, 2000. – С. 5):

«От Сатурна [Кроноса] и Опс [Реи] [родились] – Веста [Гестия], Церера [Деметра], Юнона [Гера], Юпитер [Зевс], Плутон [Аид], Нептун [Посейдон]».

 

Гигин. Мифы. 139. Куреты. (Источник: Гигин. Мифы / Пер. Д. О. Торшилова под общ. ред. А. А. Тахо-Годи. — 2-е изд., испр. — СПб.: Алетейя, 2000. – С. 170-171):

«Когда Опс родила от Сатурна Юпитера, Юнона попросила, чтобы она отдала его ей, потому что Сатурн сбросил Орка в Тартар, а Нептуна в море, зная, что тот, кто родится у него, лишит его царства».

 

Овидий. Фасты. Книга четвертая. 197-202. (Источник: Овидий. Элегии и малые поэмы / Перевод с латинского. Сост. и предисл. М. Гаспарова. Коммент. и ред. переводов М. Гаспарова и С. Ошерова. – М.: Художественная литература, 1973. – 528 с.) (римская поэзия 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

«Было Сатурну дано предсказание: лучший властитель,

Скипетра будешь лишен будущим сыном своим.

Он же, страшась своего, рожденного им же потомства,

Чревом безмерным своим всех поглощает сынов.

Горестна Рея была, что в своей плодовитости слезной,

Выносив столько детей, матерью быть не могла».

 

Цицерон. О природе богов. Книга III. XVII (43). (Источник: Цицерон. Философские трактаты. / Пер. М. И. Рижского. Отв. ред., сост. и вступ. ст. Г. Г. Майорова. (Серия «Памятники философской мысли»). — М.: Наука, 1985. — 384 стр.) (римский ритор 1 в. до н. э.):

«…Ты причисляешь к богам Юпитера [Зевса] и Нептуна [Посейдона], значит, и брат их Орк [Аид] тоже бог?»

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь XXVII. 50. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 266) (греческий эпос 5 в. н. э.):

«… Крон, пожиратель детей своих новорожденных…»

 

АИД И ВОЙНА ТИТАНОВ

Аид и его братья Зевс и Посейдон воевали с Титанами за власть над космосом.

Псевдо-Апполодор. Мифологическая библиотека. Книга I.II). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 5-6) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Став взрослым, Зевс призвал на помощь Метиду, дочь Океана, и она дала Крону выпить зелье, которое заставило его изрыгнуть вначале камень, а затем и детей, которых он проглотил. В союзе с ними Зевс начал войну с Кроном и титанами. После того как они сражались десять лет, Гея [Земля] предсказала Зевсу победу, если он привлечет в качестве союзников тех, кто был низвергнут в Тартар. Тогда Зевс, убив сторожившую их Кампу, освободил их от оков. Киклопы [циклопы] дали Зевсу гром, молнию и перун, Плутону [Аиду] шлем, а Посейдону трезубец. Вооружившись, они одержали победу над титанами и, заключив побежденных в Тартар, поставили над ними в качестве стражей гекатонхейров. Сами же они, метнув жребий, разделили власть: Зевсу выпало господство на небе, Посейдону – на море, Плутону – в Аиде».

 

АИД И РАЗДЕЛ ВСЕЛЕННОЙ

После того, как Титаны были побеждены, три брата – Зевс, Аид и Посейдон – бросили жребий, желая разделить Вселенную. Аиду достался подземный мир.

Гомер. Илиада. Песнь пятнадцатая. Оттеснение от кораблей.одвиги Диомеда. 187-231, 247-261. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 252) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

«Три нас родилося брата от древнего Крона и Реи:

Он [Зевс] – громовержец, и я [Посейдон], и Аид, преисподних владыка;

Натрое всё делено, и досталося каждому царство:

Жребий бросившим нам, в обладание вечное пало

Мне [Посейдону] волношумное море, Аиду подземные мраки,

Зевсу досталось меж туч и эфира пространное небо;

Общею всем остается земля и Олимп многохолмный».

 

Платон. Горгий. 523. (Источник: Платон. Собрание сочинений в 4 т.: Т. I /Общ. ред. А. Ф. Лосева и др.; Авт. вступит. статьи А. Ф. Лосев; Примеч. А. А. Тахо-Годи; Пер. с древнегреч. – М.: Мысль, 1994. – С. 570) (греческий философ 4 в. до н. э.):

«Гомер сообщает, что Зевс, Посейдон и Плутон [Аид] поделили власть, которую приняли в наследство от отца [Кроноса]».

 

Псевдо-Апполодор. Мифологическая библиотека. Книга I. II (1). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 5) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Вооружившись, они [боги Зевс, Посейдон и Аид] одержали победу над титанами и, заключив побежденных в Тартар, поставили над ними в качестве стражей гекатонхейров. Сами же они, метнув жребий, разделили власть: Зевсу выпало господство на небе,

Посейдону – на море, Плутону – в Аиде».

 

Сенека. Геркулес в безумье. 833. (Источник: Луций Анней Сенека. Геркулес в безумье / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 137):

«…В третьем одолеть властелина царстве».

 

Сенека. Федра. 1211. (Источник: Луций Анней Сенека. Федра / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 66):

«… Звезды, маны, Океан.

Нет четвертого удела; трем известен царствам я».

 

Стаций. Фиваида. Книга восьмая. 38-39. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 130):

«Побежденного, с горнего свода

сверг меня третий удел блюсти подземное царство».

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь XXXI. 55-57. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 299) (греческий эпос 5 в. н. э.):

«Зевс на Олимпе владычит, в доме, полном созвездий,

Брату власть над простором соленым, морским, предоставил,

Твой же супруг во мраке бездны земной пребывает!»

 

АИД И ГИГАНТ ТИФОН

Когда великан Тифон сражался с Зевсом за небеса, Аид остался в подземном мире.

Гесиод. Теогония. 843-850. (Источник: Эллинские поэты VIII – III вв. до н. э. / Перевод В. В. Вересаева. – М.: Художественная литература, 1963. – С. 46) (греческий эпос 8-7 вв. до н. э.):

«Только лишь с места Кронид [Зевс] поднялся. И земля застонала.

Жаром сплошным отовсюду и молния с громом, и пламя

Чудища злого объяли фиалково-темное море.

Все вкруг бойцов закипело — и почва, и море, и небо.

С ревом огромные волны от яростной схватки бессмертных

Бились вокруг берегов, и тряслася земля непрерывно.

В страхе Аид задрожал, повелитель ушедших из жизни…»

 

АИД И НАЗНАЧЕНИЕ СУДЕЙ МЕРТВЫХ

Платон. Горгий. 523-524. (Источник: Платон. Собрание сочинений в 4 т.: Т. I /Общ. ред. А. Ф. Лосева и др.; Авт. вступит. статьи А. Ф. Лосев; Примеч. А. А. Тахо-Годи; Пер. с древнегреч. – М.: Мысль, 1994. – С. 570-571) (греческий философ 4 в. до н. э.):

«Сократ. Тогда внемли, как говорится, прекрасному преданию, которое ты, верно, сочтешь сказкою, а я полагаю истиной, а потому и рассказывать буду так, как рассказывают про истинные события.

Гомер сообщает, что Зевс, Посейдон и Плутон [Аид] поделили власть, которую приняли в наследство от отца [Крона]. А при Кроне был закон – он сохраняется у богов и до сего дня, – чтобы тот из людей, кто проживет жизнь в справедливости и благочестии, удалялся после смерти на Острова блаженных и там обитал, неизменно счастливый, вдали от всех зол, а кто жил несправедливо и безбожно, чтобы уходил в место кары и возмездия, в темницу, которую называют Тартаром. Во времена Крона и в начале царства Зевса суд вершили живые над живыми, разбирая дело в тот самый день, когда подсудимому предстояло скончаться. Плохо выносились эти приговоры, и вот Плутон [Аид] и правители с Островов блаженных пришли и пожаловались Зевсу, что и в Тартар, и на их Острова являются люди, которым там не место. А Зевс им отвечает: «Я решительно это прекращу! Сейчас, – говорит он, – приговоры выносят плохо, но отчего? Оттого, что подсудимых судят одетыми. Оттого, что их судят живыми. Многие скверны душой, но одеты в красивое тело, в благородство происхождения, в богатство, и, когда открывается суд, вокруг них толпятся многочисленные свидетели, заверяя, что они жили в согласии со справедливостью. Судей это приводит в смущение, да вдобавок и они одеты – душа их заслонена глазами, ушами и

вообще телом от головы до пят. Все это для них помеха – и собственные одежды, и одежды тех, кого они судят. Первым делом, – продолжает Зевс, – люди не должны больше знать дня своей смерти наперед, как теперь. Это надо прекратить, и Прометею уже сказано, чтобы он лишил их дара предвидения. Затем надо, чтобы всех их судили нагими, а для этого пусть их судят после смерти. И судья пусть будет нагой, и мертвый, и пусть одною лишь душою

взирает на душу – только на душу! – неожиданно умершего, который разом лишился всех родичей и оставил на земле все блестящее свое убранство – лишь тогда суд будет справедлив.

Я знал это раньше вашего и потому уже назначил судьями собственных сыновей: двоих от Азии – Миноса и Радаманта, и одного от Европы – Эака. Когда они умрут, то будут вершить суд на лугу, у распутья, от которого уходят две дороги: одна – к Островам блаженных, другая – в Тартар. Умерших из Азии будет судить Радамант, из Европы – Эак, а Миносу я дам почетное право быть третейским судьею, когда те не смогут решить сами, и приговор, каким путем следовать каждому из умерших, будет безупречно справедливым».

 

ПОТОМСТВО АИДА

Обычно Аида считали бесплодным богом, поскольку бог мертвых по самой своей природе не мог иметь детей.

В орфическом мифе именно небесный Зевс, а не Аид оплодотворяет Персефону – иногда в облике земного дракона, иногда в образе ее собственного мужа.

I. ЭРИНИИ

Трех богинь гнева иногда считали дочерями Аида. Однако обычно их описывают как рожденных на земле.

Орфический гимн LXX. Евменидам (фимиам, ароматы). (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 250 (греческие гимны 3 в. до н. э. – 2 в. н. э.):

«О Евмениды…

Чистые дщери Хтонийского Зевса, великого бога,

И Персефоны, прельстительной девы прекраснокудрявой!»

 

II. ЗАГРЕЙ

Эсхил. Сизиф-беглец (сатировская драма) / Перевод М. Л. Гаспарова. (Источник: Эсхил. Трагедии. – М.: Наука, 1989. – С. 280) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

«Теперь прощай, Загрей и всеприемлющий

Отец Загреев [Аид]!..»

[В этом фрагменте Сизиф рассказывает о своем побеге из подземного мира. Аид, «хозяин

мертвых», – муж Персефоны, а следовательно, отец Загрея. Однако его предполагаемым отцом был Зевс].

 

III. МЕЛИНОЯ

Мелиноя была хтонической богиней, которую отождествляли с Гекатой. Согласно орфическому мифу, она родилась после того, как Зевс соблазнил Персефону, приняв облик ее мужа Аида.

 

Орфический гимн LXXI. Мелиное (фимиам, ароматы). (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 251) (греческие гимны 3 в. до н. э. – 2 в. н. э.):

«Я Мелиною зову, облаченную в пеплос шафранный,

Нимфу подземного царства – ее от священного ложа

Зевса на свет родила Ферсефона у глубей Кокита, –

Ту, что с Плутоном [Аидом] обманным путем сошлась, расколовшись

Надвое кожей двутелой, – то замысел был Ферсефоны.

Ты, Мелиноя, как призрак туманный, морочишь и манишь

Смертных, являясь их взорам в бесчисленном множестве видов

То ты вполне различима, а то затемняешься мраком,

То возникаешь с одной стороны, то с другой, среди ночи.

Ныне молю, о богиня, царица подземного царства,

Жала страстей от души отгони за пределы земные,

Мистам же лик свой священный яви благосклонно и кротко!»

 

ВОЗЛЮБЛЕННАЯ АИДА МИНФА

Страбон. География. Книга VIII. III. 14. (Источник: Страбон. География / Пер. Г. А. Стратановского. — М.: Наука, 1964. – С. 327) (греческий географ 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

«Вблизи Пилоса на востоке находится гора, названная по имени Минфы, которая, как рассказывают мифы, сделалась наложницей Аида и была растоптана Корой [Персефоной], а затем превращена в садовую мяту, которую некоторые называют «душистой мятой». Кроме того, вблизи горы находятся священный участок Аида…»

 

Овидий. Метаморфозы. Книга десятая. 728-730. (Источник: Публий Овидий Назон. Метаморфозы / Перевод с латинского С. В. Шервинского. – М.: Художественная литература, 1977) (римский эпос 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

«Тебе, Персефона,

Не было ль тоже дано обратить в духовитую мяту

Женщины тело?»

 

ВОЗЛЮБЛЕННАЯ АИДА ЛЕВКА

Р. Э. Белл. Женщины классической мифологии:

«Левка была нимфой, дочерью Океана, которую унес Аид. После смерти она превратилась в белый тополь в Элизиуме. Белый тополь был святыней Аида. Когда Геракл вернулся из подземного мира, он был увенчан листьями тополя».

 

Павсаний. Описание Эллады. Книга V. Элида (А). XIV. 3. (Источник: Павсаний. Описание Эллады /Пер. С. П. Кондратьева под ред. Е. Никитюк. Пред. Э. Фролова. СПб.: Алетейя, 1996) (греческое повествование о путешествии 2 в. н. э.):

«Геракл нашел его [белый тополь] растущим у реки Ахеронта в стране феспротов.. Так что нет ничего удивительного, что белый тополь прежде всего вырос у Ахеронта…»

 

АИД И ОРФЕЙ

Когда Орфей спустился в подземный мир, чтобы вернуть свою умершую возлюбленную Эвридику, Аид и Персефона были тронуты его мольбой и согласились отпустить ее.

Псевдо-Апполодор. Мифологическая библиотека. Книга I. III. (2) (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 6-7) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Когда жена его, Эвридика, умерла от укуса змеи, он спустился в Аид с целью увести ее оттуда и стал просить Плутона вернуть ее на землю. Плутон обещал Орфею исполнить его просьбу, если он, ведя свою супругу на землю, не взглянет на нее прежде, чем придет в свой дом. Орфей же, не послушавшись, обернулся и взглянул на супругу, и та вновь вернулась в Аид».

 

Псевдо-Гигин (общее имя для неизвестных античных авторов-мифографов 2 века н. э.) Астрономия. Книга вторая. ЛИРА 7.1. (Источник: Гигин. Астрономия / Перевод и комментарии А. И. Рубана. СПб., Изд-во «Алетейя», 1997):

«… Его [Орфея] искусная игра привлекала даже диких зверей, которые приходили его слушать. Оплакивая смерть своей супруги Эвридики, он, как считают, сошел в царство мертвых и там восхвалил в своей песне поколение богов…»

 

Овидий. Метаморфозы. Книга десятая. 8-76. (Источник: Публий Овидий Назон. Метаморфозы / Перевод с латинского С. В. Шервинского. – М.: Художественная литература, 1977) (римский эпос 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

«Жена молодая [Эвридика],

В сопровожденье наяд по зеленому лугу блуждая, –

Мертвою пала, в пяту уязвленная зубом змеиным.

Вещий родопский певец [Орфей], обращаясь к Всевышним, супругу

Долго оплакивал. Он обратиться пытался и к теням,

К Стиксу дерзнул он сойти, Тенарийскую щель миновал он,

Сонмы бесплотных теней, замогильные призраки мертвых,

И к Персефоне проник и к тому, кто в безрадостном царстве

Самодержавен, и так, для запева ударив по струнам,

Молвил: «О вы, божества, чья вовек под землею обитель,

Здесь, где окажемся все, сотворенные смертными! Если

Можно, отбросив речей извороты лукавых, сказать вам

Правду, дозвольте. Сюда я сошел не с тем, чтобы мрачный

Тартар увидеть, не с тем, чтоб чудовищу, внуку Медузы,

Шею тройную связать, с головами, где вьются гадюки.

Ради супруги пришел. Стопою придавлена, в жилы

Яд ей змея излила и похитила юные годы.

Горе хотел я стерпеть. Старался, но побежден был

Богом Любви: хорошо он в пределах известен наземных, –

Столь же ль и здесь – не скажу; уповаю, однако, что столь же.

Если не лжива молва о былом похищенье, – вас тоже

Соединила Любовь! Сей ужаса полной юдолью,

Хаоса бездной молю и безмолвьем пустынного царства:

Вновь Эвридики моей заплетите короткую участь!

Все мы у вас должники; помедлив недолгое время,

Раньше ли, позже ли – все в приют поспешаем единый.

Все мы стремимся сюда, здесь дом наш последний; вы двое

Рода людского отсель управляете царством обширным.

Так и она: лишь ее положённые годы созреют,

Будет под властью у вас: возвращенья прошу лишь на время.

Если же милость судеб в жене мне откажет, отсюда

Пусть я и сам не уйду: порадуйтесь смерти обоих».

Внемля, как он говорит, как струны в согласии зыблет,

Души бескровные слез проливали потоки. Сам Тантал

Тщетно воды не ловил. Колесо Иксионово стало.

Птицы печень клевать перестали; Белиды на урны

Облокотились; и сам, о Сизиф , ты уселся на камень!

Стали тогда Эвменид, побежденных пеньем, ланиты

Влажны впервые от слез, – и уже ни царица супруга,

Ни властелин преисподних мольбы не исполнить не могут.

Вот Эвридику зовут; меж недавних теней пребывала,

А выступала едва замедленным раною шагом.

Принял родопский герой нераздельно жену и условье:

Не обращать своих взоров назад, доколе не выйдет

Он из Авернских долин, – иль отымется дар обретенный.

Вот уж в молчанье немом по наклонной взбираются оба

Темной тропинке, крутой, густою укутанной мглою.

И уже были они от границы земной недалеко, –

Но, убоясь, чтоб она не отстала, и в жажде увидеть,

Полный любви, он взор обратил, и супруга – исчезла!

Руки простер он вперед, объятья взаимного ищет,

Но понапрасну – одно дуновенье хватает несчастный.

Смерть вторично познав, не пеняла она на супруга.

Да и на что ей пенять? Иль разве на то, что любима?

Голос последним «прости» прозвучал, но почти не достиг он

Слуха его; и она воротилась в обитель умерших.

Смертью двойною жены Орфей поражен был…

Он умолял и вотще переплыть порывался обратно, –

Лодочник [Харон] не разрешил; однако семь дней неотступно,

Грязью покрыт, он на бреге сидел без Церерина дара.

Горем, страданьем души и слезами несчастный питался.

И, бессердечьем богов попрекая подземных, ушел он…»

 

Сенека. Геркулес в безумье. 569-591. (Источник: Луций Анней Сенека. Геркулес в безумье / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 131) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«Мог однажды владык [Аида и Персефону] тронуть безжалостных

Слезной песней Орфей, просьбой смиренною,

Евридику свою вновь возвратить моля.

Та, что следом влекла скалы, леса и птиц,

Чей удерживал звук реки бегучие

И проворных зверей, сладкая музыка

Раздается слышней в царстве безмолвия,

И смягчает сердца струн небывалый звон.

По усопшей жене плачут фракиянки,

Плачут боги, слезам горестным чуждые,

И с угрюмым челом судьи [Эринии], что призваны

Все вины разбирать древних преступников,

Слезы вместе с певцом по Евридике льют.

Смерти сам властелин [Аид] «Ты победил, – сказал, –

К свету вновь возвратись, но под условием:

Ты за мужем вослед сзади иди одна,

Ты взглянуть на жену вправе не прежде, чем

Явит блещущий день вам небожителей

И спартанский Тенар дверь распахнет вблизи».

Ненавидит любовь медлить, не может ждать:

Дар увидеть спеша, дар потерял Орфей.

Если Дита чертог песня сломить могла,

Значит, Дита чертог сможет и мощь сломить».

 

Стаций. Фиваида. Книга восьмая. 52-61. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 130) (римский эпос 1 в. н. э.):

«И неужели [я, Аид, должен] терпеть, что Хаос не раз оскверняли

гости живые?

И одрисийским, о стыд, открылся жалобам Тартар:

видел я сам сей позор, как под звуки чарующей песни

слезы текли Эвменид и Сестры [Мойры или Судьбы] — урок повторили.

Также и я… – но лучше блюсти закон беспощадный».

 

АИД И ПОДВИГИ ГЕРАКЛА

Аид принял участие в нескольких подвигах Геракла.

ГЕРАКЛ И ЦЕРБЕР

По просьбе Геракла Аид позволил ему забрать Цербера из подземного мира.

Псевдо-Апполодор. Мифологическая библиотека. Книга II. V. (12). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 40) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Желая напитать души умерших кровью, Геракл заколол одну из коров, принадлежавших Аиду. Менет, сын Кевтонима, который пас этих коров, вызвал Геракла на единоборство, но Геракл так сжал его, что переломал ему ребра, однако отпустил его по просьбе Персефоны.

 

Когда Геракл стал просить Плутона [Аида] отдать ему Кербера, тот разрешил ему взять собаку, если он одолеет ее без помощи оружия, которое при нем было».

Псевдо-Гигин (общее имя для неизвестных античных авторов-мифографов 2 века н. э.) <Введение.> Генеалогии. (Источник: Гигин. Мифы / Пер. Д. О. Торшилова под общ. ред. А. А. Тахо-Годи. — 2-е изд., испр. — СПб.: Алетейя, 2000. – С. 99-100):

«79. Елена.

… Когда Геркулес пришел туда, чтобы увести трехглавого пса, они [Пирифой и Тесей] умоляли его о помощи. Он заступился перед Плутоном [Аидом] и вывел их невредимыми наверх».

 

Сенека. Геркулес в безумье. 46-59. (Источник: Луций Анней Сенека. Геркулес в безумье / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 117) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«[Юнона:] Ширь земли тесна ему [Геркулесу],

Взломав врата Юпитера [Аида] подземного,

Он с царскою добычей [Цербером] возвращается.

Но что он сам! Устав теней нарушился.

Я видела: подземный мрак рассеял он

Отцу [Зевсу] явил то, что у брата отчего

Отнять сумел. Так что ж в цепях не вывел он

Царя, уделом равного Юпитеру,

Не завладел Эребом, к Стиксу путь открыв?

От глубочайших манов путь назад открыт,

И всем видны проклятой смерти таинства,

А Геркулес, взломав теней узилище

И надо мною торжествуя, с гордостью

Ведет по городам аргивян Цербера».

 

Сенека. Геркулес в безумье. 760-806. (Источник: Луций Анней Сенека. Геркулес в безумье / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 136-137) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«Амфитрион

Скажи мне, добровольно ли племяннику [Гераклу]

Дит [Аид] отдал дар иль с бою сын добычу взял?

Тесей

… Дом завиднелся Дита [Аида] ненасытного,

Там царства сторож яростный, стигийский пес

Пугает тени лаем…

Сокрушенный [дубиной Геракла], сломленный,

Пес не грозит уж: головы повесивши,

В пещеру он забился. А властители [Аид и Персефона]

В испуге разрешили увести его

И в дар меня [Тесея] по просьбе друга [Геракла] отдали».

 

Сенека. Геркулес в безумье. 830-833. (Источник: Луций Анней Сенека. Геркулес в безумье / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 137) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«Еврисфей…

Приказал рабу [Гераклу] дна достичь вселенной;

Средь твоих трудов не хватало только

В третьем одолеть властелина [Аида] царстве».

 

Сенека. Геркулес в безумье. 885-891. (Источник: Луций Анней Сенека. Геркулес в безумье / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 138) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«Там, где долгий Тефии ток

Берега омывает, все

Укротил Геркулесов труд.

За Коцит и за Стикс проплыв,

Ярость Тартара он смирил;

Страх из мира теперь исчез:

Ниже Тартара нет пространства».

 

Сенека. Троянки. 721-724. (Источник: Луций Анней Сенека. Геркулес в безумье / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 253) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«… Тот, чья огромная мощь

Чудовищных всех одолела зверей,

Кто, Дита дверей запоры взломав,

Из мрака путь проложил назад…»

 

Стаций. Фиваида. Книга восьмая. 52-56. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 130) (римский эпос 1 в. н. э.):

«[Плутон (Аид)] И неужели терпеть, что Хаос не раз оскверняли

гости живые? Меня опрометчивый пыл Пирифоя

мучит, а также Тесей, присягнувший бесстрашному другу,

и беспощадный Алкид [Геракл], пред которым – смирителем стража –

смолк железный порог хранимого Кербером входа».

 

II. ГЕРАКЛ И АЛКЕСТИДА

Иногда Гераклу приписывали борьбу с Аидом за жизнь царицы Алкестиды, которая согласилась умереть вместо своего мужа Адмета.

Псевдо-Апполодор. Мифологическая библиотека. Книга I. IX (15). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 18) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Но Аполлон и тут пообещал умилостивить богиню и выпросил у Мойр [Судеб] следующее. Когда настанет для [царя] Адмета смертный час, он избавится от смерти, если кто-нибудь – отец или мать, или жена – добровольно согласится умереть вместо него. Когда настало время Адмету умереть, ни отец, ни мать не захотели отдать за него свою жизнь и только [его жена] Алкеста (Алкестида) согласилась умереть вместо своего мужа. Но Кора [Персефона] вновь вернула ее на землю; некоторые же говорят, что это сделал Геракл, сразившийся с Аидом».

 

III. ГЕРАКЛ И ОСАДА ПИЛОСА

Во время осады города Пилос Геракл ранил Аида. Вероятно, изначально считалось, что бог собирает на поле битвы души погибших, хотя позднее он был изображен как защитник города.

Гомер. Илиада. Песнь пятая. Подвиги Диомеда. 381-404. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 96):

«Ей [своей дочери Афродите после ее ранения] богиня почтенная вновь говорила Диона:

«Милая дочь, ободрись, претерпи, как ни горестно сердцу.

Много уже от людей, на Олимпе живущие боги,

Мы пострадали, взаимно друг другу беды устрояя.

Гера подобно страдала, как сын Амфитриона мощный

В перси ее поразил треконечною горькой стрелою.

Лютая боль безотрадная Геру богиню терзала!

Сам Айдес, меж богами ужасный, страдал от пернатой.

Тот же погибельный муж, громовержцева отрасль, Айдеса,

Ранив у врат подле мертвых, в страдания горькие ввергнул.

Он в Эгиохов дом, на Олимп высокий вознесся,

Сердцем печален, болезнью терзаем; стрела роковая

В мощном Айдесовом раме стояла и мучила душу.

Бога Пеан врачевством, утоляющим боли, осыпав,

Скоро его исцелил, не для смертной рожденного жизни.

Дерзкий, неистовый! он не страшась совершал злодеянья:

Луком богов оскорблял, на Олимпе великом живущих!»

 

Пиндар. Олимпийские песни. 9. <«Потоп»> Эфармосту Опунтскому, брату Лампромаха, на победу в борьбе, чтобы петь в Опунте на празднике в честь Аянта Локрийского. Год – 466. 30-34. (Источник: Пиндар, Вакхилид. Оды. Фрагменты / Издание подготовил М. Л. Гаспаров. – М.:Наука, 1980. – С. 41) (греческая лирика 5 в. до н. э.):

«Мог ли Геракл

Палицею ударить на трезубец,

Когда над Пилосом теснил его Посидон,

И с серебряным луком теснил его Феб,

И не празден был посох Аида;

Которым гонимы смертные тела

К полым перепутьям

Умирающих».

 

Псевдо-Апполодор. Мифологическая библиотека. Книга II. VII (3). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 42) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Во время … сражения Геракл нанес рану и Аиду, сражавшемуся на стороне жителей Пилоса».

 

Павсаний. Описание Эллады. Книга VI. Элида (B). XXV. 3. (Источник: Павсаний. Описание Эллады /Пер. С. П. Кондратьева под ред. Е. Никитюк. Пред. Э. Фролова. СПб.: Алетейя, 1996) (греческое повествование о путешествии 2 в. н. э.):

«Когда Геракл шел походом против Пилоса, что в Элиде, говорят, помощницей ему была Афина; на помощь же пилосцам явился Аид из за ненависти к Гераклу. За это в Пилосе воздается Аиду поклонение. Они в подтверждение своего рассказа приводят слова Гомера, сказавшего в «Илиаде»:

Сам Аидес, меж богами ужасный, страдал от пернатой.

Тот же погибельный муж, громовержцева отрасль,

Аидеса,

В Пилосе ранив средь мертвых, в страдания

горькие ввергнул».

 

Сенека. Геркулес в безумье. 560-565. (Источник: Луций Анней Сенека. Геркулес в безумье / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 131):

«Царь, несчетными здесь правящий толпами,

В дни, когда разоряя Несторов Пилос ты,

Сам схватился с тобой и трехконечное

Грозно поднял копье дланью губительной,

Но, когда ты нанес смерти властителю

Рану, он от тебя, смерти боясь, бежал».

 

БЛАГОСКЛОННОСТЬ И ГНЕВ АИДА: СИЗИФ

<М. Л. Гаспаров. Примечание к фрагментам не сохранившейся трагедии Эсхила «Сизиф-беглец»:> «Коринфский царь, хитрый Сизиф, выдал богу-реке Асопу, что Зевс похитил его дочь. Зевс за это велел низвергнуть его в преисподнюю. Богу Смерти это не удалось, пришлось вмешаться самому Аресу. Умирая, Сизиф тайно завещал жене, чтобы она не приносила над ним надгробных жертв. Когда боги забеспокоились, он попросил отпустить его на землю, чтобы навести порядок. Сбежав таким образом, он жил на земле до поздней старости». (Источник: Эсхил. Трагедии. / В переводе Вячеслава Иванова. – М.: Наука, 1989. – С. 280).

 

ГНЕВ АИДА: ПИРИФОЙ И ТЕСЕЙ

Пирифой пытался похитить невесту Аида Персефону. В наказание бог посадил его на каменный стул и подверг вечным мукам. Тесей, сопровождавший Пирифоя, был освобожден по просьбе Геракла.

Псевдо-Апполодор. Мифологическая библиотека. Эпитома. I. (23). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 78-79) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Вступив с Пиритоем в сговор о том, чтобы жениться на дочерях Зевса, Тесей с помощью Пиритоя похитил для себя из Спарты Елену, когда той было двенадцать лет; а для того, чтобы сосватать Пиритою Персефону, Тесей спустился в Аид. Но Диоскуры, действуя вместе с лакедемонянами и аркадянами, захватили Афидны и вернули обратно Елену. Вместе с Еленой они увели в плен Этру, дочь Питтея. Демофонт и Акамант спаслись бегством. Диоскуры также вернули Менестея и передали ему власть над афинянами. (24) Тесей же, прибыв с Пиритоем в Аид, был обманут: Аид, как будто намереваясь угостить, пригласил их сесть на трон Леты, и они к нему приросли: их удерживали своими кольцами обвившиеся вокруг них драконы. Пиритой остался там привязанным навечно, Тесея же вывел на землю Геракл…»

 

Псевдо-Апполодор. Мифологическая библиотека. Книга II. V (12). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 40) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Подойдя к самому входу в Аид [чтобы забрать Цербера], Геракл застал там Тесея и Пиритоя [], пришедшего сватать Персефону и за это привязанного к скале. Увидев Геракла, они оба стали протягивать к нему руки, чтобы тот вывел их на свет своей могучей силой. Геракл, взяв Тесея за руку, вывел его. Он захотел вывести также и Пиритоя, но земля затряслась, и Геракл его оставил».

 

Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга IV. Глава LXIII.(4). (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):

«Когда Пирифой решил жениться на Персефоне и просил Тесея отправиться вместе с ним, Тесей поначалу пытался отговорить его, считая такой поступок святотатством. Однако Пирифой настаивал, и, чтобы сдержать клятву, Тесей был вынужден принять участие в этом деле. Оказавшись, наконец, в аиде, оба они стали там узниками, однако Тесей был освобожден впоследствии благодаря Гераклу, а Пирифой из-за своего святотатства терпит в аиде вечную кару. Некоторые мифографы считают, что оба они остались там безвозвратно».

 

Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга IV. Глава XXVI.(1). (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):

«Согласно существующим мифам, Геракл спустился в аид, где Персефона приняла его как брата. Он вывел из аида Тесея и Пирифоя, освободив их по милости Коры от оков и, взяв связанного пса [Цербера], доставил его к людям ко всеобщему изумлению».

 

Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Тесей. 31, 35. (Источник: Плутарх. Сравнительные жизнеописания в двух томах. – М.: «Наука», 1994. Издание второе, исправленное и дополненное. Т. I. Перевод С. П. Маркиша, обработка перевода для настоящего переиздания — С. С. Аверинцева, переработка комментария — М. Л. Гаспарова) (греческий историк 1-2 вв. н. э.):

«Тесей… платя Пирифою [который помог ему похитить Елену] услугою за услугу, отправился вместе с ним в Эпир добывать дочь Аидонея , царя молоссов. Дав жене имя Персефоны, дочери – Коры, а псу – Кербера, Аидоней предлагал биться с этим псом всякому, кто сватался к Коре, обещая, что победитель получит ее в жены. Но, узнав, что Пирифой с товарищем задумали не сватать девушку, а похитить ее, он велел схватить обоих, и Пирифоя тут же растерзал Кербер, а Тесея заперли в тюрьму.

Между тем Аидоней Молосский, принимая у себя в доме Геракла, случайно упомянул о Тесее и Пирифое – о том, зачем они пришли и как поплатились за свою дерзость, когда их изобличили, и Гераклу тяжко было услышать, что один бесславно погиб, а другому грозит гибель. Что до смерти Пирифоя, Геракл считал теперь все жалобы и упреки бесполезными, но за Тесея стал просить, убеждая царя, чтобы тот отпустил своего пленника из уважения к нему, Гераклу. Аидоней согласился, и Тесей [вышел на волю и вернулся] в Афины, где его сторонников еще не вполне одолели…»

 

Клавдий Элиан. Пёстрые рассказы. Книга IV. 5. (Источник: Элиан. Пестрые рассказы. — М.-Л.: Издательство Академии наук СССР, 1963) (древнеримский писатель и философ 2-3 вв. н. э.):

«Помнил добро и воздал за него благодарностью Тесей. Когда он был закован в оковы царем молоссов Аидонеем за то, что пришел с Пирифоем похитить его жену (Тесей заботился не о себе, а делал все ради Пирифоя), Геракл, придя в страну молоссов, освободил его; за это Тесей воздвиг в честь Геракла алтарь».

 

Псевдо-Гигин (общее имя для неизвестных античных авторов-мифографов 2 века н. э.) <Введение.> Генеалогии. (Источник: Гигин. Мифы / Пер. Д. О. Торшилова под общ. ред. А. А. Тахо-Годи. — 2-е изд., испр. — СПб.: Алетейя, 2000. – С. 99-100):

«79. Елена.

Когда Юпитер увидел, что они [Тесей и Пирифой] сами ищут опасности [похитив Елену], он приказал им во сне, чтобы они оба просили у Плутона Прозерпину [Персефону] в жены Пирифою. Когда через Тенар они спустились в подземное царство и объявили Плутону [Аиду], зачем пришли, Фурии повергли их и долго терзали. Когда Геркулес пришел туда, чтобы увести трехглавого пса, они [Пирифой и Тесей] умоляли его о помощи. Он заступился перед Плутоном [Аидом] и вывел их невредимыми наверх».

 

Сенека. Федра. 93-98. (Источник: Луций Анней Сенека. Федра / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 37) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«Во мраке, за непроходимым озером,—

Там бродит воин [Тесей] жениха спесивого [Пирифоя],

Царицы преисподней похитителя,

Служа безумью друга; и ни стыд, ни страх

Его не остановят: ложе блудное

За Стикс отца заманит Ипполитова».

 

Сенека. Федра. 147-148. (Источник: Луций Анней Сенека. Федра / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 39) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«Пусть в Летейской бездне сгинул он [Тесей]

Иль Стикса вечным унесен течением…»

 

Сенека. Федра. 222-224. (Источник: Луций Анней Сенека. Федра / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 40) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«Не верь Плутону [Аиду]. Царство пусть замкнет свое,

К вратам приставит стражем пса [Цербера] стигийского,—

Один Тесей отыщет заповедный путь».

 

Сенека. Федра. 625-628. (Источник: Луций Анней Сенека. Федра / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 51) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«Скупого царства царь пути обратного

Не открывал от Стикса молчаливого,—

Так похитителя [Тесея] жены отпустит он?

Иль сам Плутон [Аид] к влюбленным снисходителен?»

 

Сенека. Федра. 951-952. (Источник: Луций Анней Сенека. Федра / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 60) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«[Тесей был] Во мраке Дита [Аида], в страшной бездне Тартара,

Когда вблизи грозил мне преисподней царь [Аид]…»

 

Сенека. Федра. 1150-1153. (Источник: Луций Анней Сенека. Федра / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 65) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«Если твой Тесей небосвод увидел,

Если он бежал от болот стигийских,

У Плутона ты не в долгу за это:

Ведь остался счет в преисподней прежним».

 

Сенека. Федра. 1217-1220. (Источник: Луций Анней Сенека. Федра / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 66) (римская трагедия 1 в. н. э.):

«[Тесей вернулся из подземного царства и оплакивает свою несчастную судьбу]

Алкид, мне возвративший горький свет дневной.

Верни Плутону [Аиду] дар его, к теням меня

Отправь знакомым. Нет, зову напрасно я

Покинутую смерть».

 

Стаций. Фиваида. Книга восьмая. 52-54. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 130) (римский эпос 1 в. н. э.):

«И неужели [я, Аид, должен] терпеть, что Хаос не раз оскверняли

гости живые? Меня опрометчивый пыл Пирифоя

мучит, а также Тесей, присягнувший бесстрашному другу…»

 

ГНЕВ АИДА: АСКЛЕПИЙ

Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга IV. Глава LXXI. (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):

«…Широко рaспpостpaнилось мнение, будто он даже возвращает к жизни мертвых. Миф гласит, что сам Аид выдвинул против Асклепия обвинение, заявив Зевсу, что власть его все уменьшается, поскольку умирающих становится все меньше, так как Асклепий исцеляет их. В гневе Зевс убил Асклепия, поразив его молнией…»

 

Эзоп. Басни, 133 (из Бабрия 75. Неумелый врач; Бабрий – древнегреческий баснописец 3 в. н. э.; в поэтической переработке Бабрия и дошли до нашего времени древнейшие басни Эзопа. Источник: Памятники поздней античной поэзии и прозы II—V века / Перевод М. Гаспарова. — М.: Наука, 1964. – С. 97):

«[Эта басня Эзопа содержит намек на историю Асклепия]

Жил-был на свете неумелый врач. Был он

К больному вызван. Ото всех больной слышал:

«Болезнь тяжка, но вылечить ее можно», –

А этот врач вошел и заявил мрачно:

«Готовься к наихудшему и жди смерти:

Не обману тебя, не утаю правды:

Тебе осталось жить всего одни сутки».

Сказал и вышел, и не приходил больше.

Поправился больной, уже гулять начал,

Но бледен был и еле волочил ноги.

Его однажды встретя, врач сказал: «Здравствуй!

Как поживают мертвецы на том свете?»

Больной ответил: «Пьющие струю Леты

Не ведают заботы. Но на днях Кора

И сам Плутон [Аид], преследуя врачей гневом

За то, что те мешают умирать смертным,

Всех поименно в грозный их внесли список.

Хотели и твое они вписать имя,

Но я к ним подошел, коснулся их скиптров

И побожился им, что ты не врач вовсе,

И что тебя оклеветали зря люди».

 

ГНЕВ АИДА: ФИВЫ И БЛАГОВОЛЕНИЕМ КРОНИДАМ

Аид и Персефона поразили Фивы чумой – вероятно, в наказание за отказ царя Креона похоронить мертвых воинов армии, которые воевали против Фив. Когда две девушки принесли себя в жертву, чтобы умилостивить богов, их пожалели и превратили в две кометы.

Антонин Либерал. Метаморфозы. XXV. Метиоха и Мениппа [Рассказывает Никандр в книге IV «Превращений» и Коринна в книге I «Героев»]. (Источник: Антонин Либерал. Метаморфозы / Перевод с древнегреческого, вступительная статья и комментарии В. Н. Ярхо // ВДИ, 1997, № 3-4) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Когда всю Эонию [Беотию] охватила чума и многие стали умирать, оттуда отправили послов за советом к Гортинскому Аполлону, и бог им изрек, что нужно умилостивить двух подземных богов. Он сказал, что их гнев прекратится, если в жертву двум богам принесут себя добровольно две девушки. Но ни одна из девушек в городе не повиновалась этому прорицанию, пока некая служанка не сообщила предсказание дочерям Ориона. Когда они услышали это, сидя за ткацкими станками, они приняли смерть ради своих сограждан, прежде чем самим стать жертвой эпидемии и погибнуть. Итак, трижды воззвав к подземным богам, что они добровольно приносят себя в жертву, они вонзили сами себе челноки около ключиц и вскрыли себе горло. Обе они упали на землю, но Персефона и Гадес [Аид] сжалились над ними: тела девушек исчезли, а вместо них с земли поднялись две звезды. Появившись, они вознеслись на небо и люди назвали их кометами».

 

ГИМН АИДУ

Орфический гимн XVIII. К Плутону (фимиам, ароматы). 1-11. (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 194) (греческие гимны 3 в. до н. э. – 2 в. н. э.):

 

Духом великий, о ты, обитатель подземного дома
В Тартара мрачных лугах, лишенных сияния света,
Зевс Хтонийский, прими, скиптродержец, с охотою жертвы,
Ты, о Плутон! От всей земли ты ключами владеешь,

Смертному роду даришь урожаи в богатые годы.
Треть мирозданья удел твой — земля, вседарящая почва,
Недра бессмертных богов, подпора крепчайшая смертных.
Ты свой трон утвердил среди области вечного мрака,
Средь необъятных просторов лишенного воздуха ада,

Черного близ Ахеронта, держащего корни земные[464].
Многоприимный, ты смертью над смертными властвуешь мощно[465],
О Евбулей! Ты прекрасное чадо священной Деметры[466]
В жены похитил, схватив на лугу, и понес через море
Вдаль на четверке коней прямо в Аттику, в край Элевсинскии:

Есть там пещера —врата ее путь открывают к Аиду.
Ты, о единый судья деяний и явных, и тайных!
О вседержитель, о самый священный, о блещущий славой,
В радость тебе —благочестное дело вершения таинств!
О, призываю, гряди с благосклонным веселием к мистам!

БОГ ЧЕГО

ЦАРЬ ПОДЗЕМНОГО МИРА И БОГ МЕРТВЫХ

Аид был царем подземного мира и повелителем теней мертвых.

Гесиод. Теогония. 453 (Источник: Эллинские поэты VIII – III вв. до н. э. / Перевод В. В. Вересаева. – М.: Ладомир, 1999. – С. 38-39) (греческий эпос 8-7 вв. до н. э.):

 

Слав­но­го мощью Аида, кото­рый живет под зем­лею,
Жало­сти в серд­це не зная

 

Феогнид. 1. 244 (Источник: Автор: Феогнид Переводчик: Вересаев В. Переводчик: Апт С.) (570 г. до н.э)

 

Когда же сойдешь ты в жилище Аида,
В мрачные недра земли, полные стонов и слез

 

Эсхил. Агамемнон. 1372 (Источник: Эсхил. Трагедии /Перевод Вячеслава Иванова. – М.: Наука, 1989) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

Кли­тем­не­стра[описывает свое убийство Агамемнона]

И два­жды нанес­ла удар. И два­жды стон
Издав про­тяж­ный, рух­нул царь. И в тре­тий раз
Взнес­лась секи­ра — в дар обет­ный спа­су душ
И солн­цу мерт­вых, Зев­су под­зе­мель­ных недр [Аиду].
Так он, с хри­пе­ньем, в крас­ной луже отдал дух;

 

Эсхил. Орестея. Эвмениды. 273 (Источник: Эсхил. Трагедии / В переводе Вячеслава Иванова. – М.: Наука, 1989. – С. 171) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

 

Вели­кий возда­тель и судья, Аид,
В нед­рах глу­бин­ных есть:
На пись­ме­нах его
Каж­дый запи­сан грех.

 

Эсхил. Орестея. 355 (Источник: Эсхил. Трагедии / В переводе Вячеслава Иванова. – М.: Наука, 1989. – С. 171) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

 

В дру­жине вер­ной
Слав­ную при­яв­ших смерть,
И за гро­бом он всех слав­ней,
Царь [Аид] вели­ко­дер­жав­ный,
Сокро­вен­ных пре­ис­под­ней
Сопре­столь­ни­ков намест­ник.

Ибо был царем при жиз­ни
Поко­ле­нью днесь отшед­ших
И скиптр вла­сти дер­жал дес­ни­цей.

 

Эсхил. Прометей прикованный. 153. (Источник: Эсхил. Трагедии / Перевод А. И. Пиотровского. – М.: Наука, 1989. – С. 249-250) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

 

Пус­кай бы меня под зем­лю, в Аид
Упря­тал он, в Тар­тар низ­верг­нул глу­хой

 

Эсхил. Просительницы. 227. (Источник: Эсхил. Трагедии / Перевод А. И. Пиотровского. – М.: Наука, 1989. – С. 199) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

 

Дочь у отца похи­тить? Кто отва­жит­ся
На это, вино­ва­тым и в Аид при­дет.

Ведь даже там, я слы­шал, над зло­де­я­ми
Зевс пре­ис­под­ней [Аид] свой послед­ний суд вер­шит.
Смот­ри­те же, ответь­те, как сове­то­вал,
Чтобы вер­нее дело отсто­ять свое.

 

Аристофан. Лягушки. 760 (Источник: Аристофан. Комедии. В 2 томах / Пер. с древнегреч.: С. К. Апт., А. И. Пиотровский, Н. Корнилов; Коммент. В. Ярхо. – Т. 2. – М.: Искусство, 1983):

 

«[Комедия, в которой тени мертвых соревнуются за место рядом с Аидом в подземном мире.]

О Феб! Так протя­ни мне руку пра­вую,
И поце­луй, и дай поце­ло­вать тебя!

Неж­ные объ­я­тия. Во двор­це слы­шит­ся шум.
Но ради Зев­са, во пле­тях нам обще­го,
Ска­жи мне, это что за крик ужас­ней­ший
И ругань?

Эак
Еври­пид с Эсхи­лом ссо­рят­ся.

Ксан­фий
Да ну?

Эак
Дела, дела пошли вели­кие.
Средь мерт­ве­цов вос­ста­нье небы­ва­лое!

Ксан­фий
А что?

Эак
Закон ста­рин­ный уста­нов­лен здесь
Для всех искусств, могу­чих и про­слав­лен­ных:
Кто всех силь­ней и выше в мастер­стве сво­ем,
Тем в При­та­нее уго­ще­нье дарит­ся
И трон с Плу­то­ном [Аидом] рядом.

Ксан­фий
Пони­маю все.

Эак
Когда дру­гой при­дет, силь­нее преж­не­го,
Сопер­ни­ки в искус­стве состя­за­ют­ся.

Ксан­фий
Эсхи­ла что ж так силь­но опе­ча­ли­ло?

Эак
Тра­ги­че­ским пре­сто­лом он дав­но вла­дел,
Как вели­чай­ший мастер.

Ксан­фий
Ну, и что ж теперь?

Эак
Когда сошел под зем­лю Еври­пид, собрал
Вокруг себя воров он и налет­чи­ков,
Отце­убийц, гра­би­те­лей и взлом­щи­ков —
Их в пре­ис­под­ней мно­же­ство. Наслу­шав­шись
Сло­ве­чек лов­ких, дово­дов и выду­мок,
Они взбе­си­лись и муд­рей­шим масте­ром
Его при­зна­ли. Воз­гор­див­шись, занял он
Эсхи­ла трон.

Ксан­фий
Его изби­ли до кро­ви?

Эак
Ничуть! Народ суди­ли­ща потре­бо­вал,
Чтобы решить, кто в мастер­стве искус­нее.

Ксан­фий
Вот него­дяи!

Эак
И какие! Под­лые!

Ксан­фий
Но раз­ве не нашел Эсхил союз­ни­ков?

Эак
Людей не мно­го чест­ных на зем­ле и здесь.

Ксан­фий
А что ж Плу­тон [Аиду] наме­рен пред­при­нять теперь?

Эак
Велел он к состя­за­нию гото­вить­ся
И к тяж­бе из-за тро­на.

Ксан­фий
Поче­му, ска­жи,
Пре­сто­ла и Софокл себе не тре­бо­вал?

Эак
И не поду­мал даже. Сни­зой­дя в Аид,
Поце­ло­вал Эсхи­ла он и руку дал,
И тот его на троне поса­дил с собой.
Теперь же обе­щал он (Кледе­мид ска­зал)
Быть оче­ред­ным. Если победит Эсхил,
Не тро­нет­ся он с места. Если ж нет, тогда
Он с Еври­пидом всту­пит в состя­за­ние.

 

БОГ ПОХОРОН

Хайдес был богом погребальных обрядов и траура. Тем, кто не прошел надлежащих обрядов погребения, было отказано во входе в подземный мир.

Стесихор. 232. (Перевод Казанский Н. Ярхо В.Н.) (Греческий поэт. 630 г. до н.э)

(Перевод Казанский Н. Ярхо В.Н.)

Горе и тяжкие стоны — Аида удел.

 

Эсхил. Семеро против Фив. 864. (Источник: Эсхил. Трагедии / Перевод А. И. Пиотровского. – М.: Наука, 1989. – С. 71) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

 

Но преж­де спо­ем зауныв­ный гимн
Эри­ний [то есть вопли и крики скорбящих женщин], затя­нем скорб­ную песнь [то есть погребальную панихиду],
Цар­ство ноч­ное,
Чер­ный Аид помя­нем преж­де!

 

Платон. Государство. 427. (Источник: Платон. Собрание сочинений в 4 т.: Т. III /Общ. ред. А. Ф. Лосева и др.; Авт. вступит. статьи А. Ф. Лосев; Примеч. А. А. Тахо-Годи; Пер. с древнегреч. – М.: Мысль, 1994. – С. 141) (греческий философ 4 в. до н. э.):

 

Каким образом дóлжно в каждом отдельном случае погребать мертвых и какие уделять им почести [Умилостевить богов мертвых]

 

Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга 5. 69. 5. (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):

 

Об Аиде гово­рят, буд­то он обу­чил, как совер­шать погре­бе­ние, похо­рон­ные обряды и возда­вать поче­сти покой­ным, посколь­ку до него об этом совер­шен­но не забо­ти­лись. Вот поче­му счи­та­ют, что этот бог — вла­ды­ка мерт­вых, полу­чив­ший с древ­них вре­мен власть и заботу о них.

 

БОГ СНОВ

Аид был повелителем снов, особенно тех, которые, как полагают, были посланы призраками мертвых. Двустворчатые врата снов — одни ложные, другие истинные — находились в царстве Хайдеса.

Гомер. Одиссея. Песнь 24. 12. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 496) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

С пис­ком таким же и души нес­лись. Их вел за собою

Тем­ным и затх­лым путем Гер­мес, исце­ле­нье несу­щий.
Мча­лись они мимо струй оке­ан­ских, ска­лы лев­ка­дий­ской,
Мимо ворот Гелио́са и мимо стра­ны сно­виде­ний.
Вско­ре рой их достиг асфо­дель­но­го луга, кото­рый
Душам — при­зра­кам смерт­ных устав­ших — оби­те­лью слу­жит.

 

БОГ БОГАТСТВ ДРАГОЦЕННЫХ МЕТАЛОВ

Эсхил. Прометей прикованный. 804. (Источник: Эсхил. Трагедии / Перевод А. И. Пиотровского. – М.: Наука, 1989. – С. 235) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

 

Кус­ли­вых бой­ся гри­фов, Зев­са беше­ных
Собак, и бой­ся одно­гла­зых кон­ни­ков
Из рати ари­мас­пов, у Плу­то­но­ва [Аида]
Пото­ка золо­то­го оби­таю­щих.

 

Овидий. Метаморфозы. Книга 1. 136. (Источник: Публий Овидий Назон. Метаморфозы / Перевод с латинского С. В. Шервинского. – М.: Художественная литература, 1977) (римский эпос 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

 

И от бога­той зем­ли не одних уро­жа­ев и долж­ной
Тре­бо­вать ста­ли еды, но вошли и в утро­бу зем­ную;
Те, что скры­ва­ла зем­ля, ото­дви­нув­ши к теням сти­гий­ским,
Ста­ли богат­ства копать, — ко вся­ко­му злу побуж­де­нье!
С вред­ным желе­зом тогда желе­за вред­ней­шее зла­то
Вышло на свет и вой­на, что и зла­том кру­шит, и желе­зом

 

Цицерон. О природе богов. Книга 2. 26. (Источник: Цицерон. Философские трактаты. / Пер. М. И. Рижского. Отв. ред., сост. и вступ. ст. Г. Г. Майорова. (Серия «Памятники философской мысли»). — М.: Наука, 1985. — 384 стр.) (римский ритор 1 в. до н. э.):

 

А вся зем­ная жизнь и при­ро­да были посвя­ще­ны отцу Диту [Аиду], он же зовет­ся у нас “Бога­тый” (di­ves), как у гре­ков Πλούτων [Плутос], пото­му что и воз­вра­ща­ет­ся все в зем­лю, и про­ис­хо­дит все из зем­ли. Жена у него Про­зер­пи­на (имя это гре­че­ское) — это та, что у гре­ков име­ну­ет­ся Περ­σε­φόνη, ибо в ней хотят [видеть] семя поле­вых пло­дов.

 

Стаций. Сильвы. Книга 4. 7. 14. Суррентинский Геркулес Поллия Феликса. 171-173. (Источник: Стаций, Публий Папиний. Сильвы / Пер. Т. Л. Александровой. — СПб.: Алетейя, 2019. — С. 118):

В Лаций свой любезный вернешься скоро ль
Ты с холмов далматских, где видит Дита [Аида]
Бледный рудокоп и желтеет ликом,
Злату подобясь

БОГ ПЛОДОРОДИЯ

Аид был богом плодородной земли, который весной выпустил Персефону — богиню, символизирующую прорастание ростков зерна. Его часто изображали с рогом изобилия, разрывающим снопы зерна.

Гесиод. Труды и дни. 465 / Перевод В. Вересаева. (Источник: Гесиод. Полное собрание текстов / Вступительная статья В. Н. Ярхо. Комментарии О. П. Цыбенко и В. Н. Ярхо. – М.: Лабиринт, 2001. – С. 54-55) (греческий эпос 8-7 вв. до н. э.):

 

Жар­ко под­зем­но­му Зев­су молись и Демет­ре пре­чи­стой,
Чтоб пол­но­вес­ны­ми вышли свя­щен­ные зер­на Демет­ры.
В самом нача­ле посе­ва молись им, как толь­ко, за руч­ку
Плуж­ную взяв­шись рукой, ост­ри­ем бато­га при­кос­нешь­ся
К спи­нам волов, на ярмо нале­гаю­щих.

 

Платон. Кратил. 400d & 402d — 404b / Пер. Т. В. Васильевой. (Источник: Платон. Собрание сочинений в 4 т.: Т. 1 /Общ. ред. А. Ф. Лосева и др.; Авт. вступит. статьи А. Ф. Лосев; Примеч. А. А. Тахо-Годи; Пер. с древнегреч. – М.: Мысль, 1994. – С. 634-635) (греческий философ 4 в. до н. э.):

 

Имя же Плутона [Аида] пошло от богатства (πλοΰτος) [Плутос] , так как богатство приходит из-под земли.

 

Орфический гимн 18. Плутону (фимиам, смирна). (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 194) (греческие гимны 3 в. до н. э. – 2 в. н. э.):

 

Зевс Хтонийский, прими, скиптродержец, с охотою жертвы,
Ты, о Плутон! От всей земли ты ключами владеешь,

Смертному роду даришь урожаи в богатые годы.
Треть мирозданья удел твой — земля, вседарящая почва,
Недра бессмертных богов, подпора крепчайшая смертных.
Ты свой трон утвердил среди области вечного мрака,
Средь необъятных просторов лишенного воздуха ада,

О Евбулей! Ты прекрасное чадо священной Деметры
В жены похитил, схватив на лугу, и понес через море
Вдаль на четверке коней прямо в Аттику, в край Элевсинскии:

Есть там пещера —врата ее путь открывают к Аиду.
Ты, о единый судья деяний и явных, и тайных!
О вседержитель, о самый священный, о блещущий славой,
В радость тебе —благочестное дело вершения таинств!
О, призываю, гряди с благосклонным веселием к мистам!

 

Цицерон. О природе богов. Книга 2. 26. (Источник: Цицерон. Философские трактаты. / Пер. М. И. Рижского. Отв. ред., сост. и вступ. ст. Г. Г. Майорова. (Серия «Памятники философской мысли»). — М.: Наука, 1985. — 384 стр.) (римский ритор 1 в. до н. э.):

 

А вся зем­ная жизнь и при­ро­да были посвя­ще­ны отцу Диту [Аиду], он же зовет­ся у нас “Бога­тый” (di­ves), как у гре­ков Πλούτων [Плутос], пото­му что и воз­вра­ща­ет­ся все в зем­лю, и про­ис­хо­дит все из зем­ли. Жена у него Про­зер­пи­на (имя это гре­че­ское) — это та, что у гре­ков име­ну­ет­ся Περ­σε­φόνη, ибо в ней хотят [видеть] семя поле­вых пло­дов.

БОГ ЧАРОДЕЙСТВА И ЯВЛЕНИЙ ПРИЗРАКОВ

Аид вызывал духов мертвых и умиротворял их. Он и Персефона также ведали оракулами мертвых и такими некромантионами как Теспротия и Кумы.

I. ЧАРОДЕЙСТВО ОДИССЕЯ

Чародейка Цирцея обучила Одиссея чародейству, чтобы он мог разговаривать с призраком прорицателя Тиресия. По словам Гомера, обряды совершались на границе преисподней. Однако более поздние авторы говорят, что Одиссей посетил некромантион (оракул мертвых) в Кумах на юге Италии.

Гомер. Одиссея. Песнь десятая. 490-540. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 538-540) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«[Цирцея наставляет Одиссея в колдовстве:]

Прежде, однако, ты должен, с пути уклоняся, проникнуть

В область Аида, где властвует страшная с ним Персефона.

Душу пророка, слепца, обладавшего разумом зорким,

Душу Тиресия фивского должно тебе вопросить там.

Разум ему сохранен Персефоной и мертвому; в аде

Он лишь с умом; все другие безумными тенями веют.

…Смело плыви; твой корабль передам я Борею; когда же

Ты, Океан в корабле поперек переплывши, достигнешь

Низкого брега, где дико растет Персефонин широкий

Лес из ракит, свой теряющих плод, и из тополей черных,

Вздвинув на брег, под которым шумит Океан водовратный,

Черный корабль свой, вступи ты в Аидову мглистую область.

Быстро бежит там Пирифлегетон в Ахероново лоно

Вместе с Коцитом, великою ветвию Стикса; утес там

Виден, и обе под ним многошумно сливаются реки.

Слушай теперь, и о том, что скажу, не забудь: под утесом

Выкопав яму глубокую, в локоть один шириной и длиною,

Три соверши возлияния мертвым, всех вместе призвав их:

Первое смесью медвяной, другое вином благовонным,

Третье водою и, все пересыпав мукою ячменной,

Дай обещанье безжизненно веющим теням усопших:

В дом возвратяся, корову, тельцов не имевшую, в жертву

Им принести и в зажженный костер драгоценностей много

Бросить, Тиресия ж более прочих уважить, особо

Черного, лучшего в стаде барана ему посвятивши.

После (когда обещание дашь многославным умершим)

Черную овцу и черного с нею барана, – к Эребу

Их обратив головою, а сам обратись к Океану, –

В жертву теням принеси; и к тебе тут немедля великой

Придут толпою отшедшие души умерших; тогда ты

Спутникам дай повеленье, содравши с овцы и с барана,

Острой зарезанных медью, лежащих в крови перед вами,

Кожу, их бросить немедля в огонь и призвать громогласно

Грозного бога Аида и страшную с ним Персефону;

Сам же ты, острый свой меч обнаживши и с ним перед ямой

Сев, запрещай приближаться безжизненным теням усопших

К крови, покуда ответа не даст вопрошенный Тиресий.

Скоро и сам он, представ пред тобой, повелитель народов,

Скажет тебе, где дорога, и долог ли путь, и успешно ль

Рыбообильного моря путем ты домой возвратишься».

 

Гомер. Одиссея. Песнь одиннадцатая. 13-50. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 541-542) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«[Одиссей отправляется в подземный мир, чтобы поговорить с духом прорицателя Тиресия:]

Скоро пришли мы к глубокотекущим водам Океана;

Там киммериян печальная область, покрытая вечно

Влажным туманом и мглой облаков; никогда не являет

Оку людей там лица лучезарного Гелиос

Ночь безотрадная там искони окружает живущих.

Судно, прибыв, на песок мы встащили; барана и овцу

Взяли с собой и пошли по течению вод Океана

Берегом к месту, которое мне указала Цирцея.

Дав Перимеду держать с Еврилохом зверей, обреченных

В жертву, я меч обнажил медноострый и, им ископавши

Яму глубокую, в локоть один шириной и длиною,

Три совершил возлияния мертвым, мной призванным вместе:

Первое смесью медвяной, второе вином благовонным,

Третье водой и, мукою ячменною все пересыпав,

Дал обещанье безжизненно веющим теням усопших:

В дом возвратяся, корову, тельцов не имевшую, в жертву

Им принести и в зажженный костер драгоценностей много

Бросить; Тиресия ж более прочих уважить, особо

Черного, лучшего в стаде барана ему посвятивши.

Дав обещанье такое и сделав воззвание к мертвым,

Сам я барана и овцу над ямой глубокой зарезал;

Черная кровь полилася в нее, и слетелись толпою

Души усопших, из темныя бездны Эреба поднявшись:

Души невест, малоопытных юношей, опытных старцев,

Дев молодых, о утрате недолгия жизни скорбящих,

Бранных мужей, медноострым копьем пораженных смертельно

В битве и брони, обрызганной кровью, еще не сложивших.

Все они, вылетев вместе бесчисленным роем из ямы,

Подняли крик несказанный; был схвачен я ужасом бледным.

Кликнув товарищей, им повелел я с овцы и с барана,

Острой зарезанных медью, лежавших в крови перед нами,

Кожу содрать и, огню их предавши, призвать громогласно

Грозного бога Аида и страшную с ним Персефону.

Сам же я меч обнажил изощренный и с ним перед ямой

Сел, чтоб мешать приближаться безжизненным теням усопших

К крови, пока мне ответа не даст вопрошенный Тиресий».

 

Гомер. Одиссея. Песнь одиннадцатая. 213-637. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 545-556) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«[Одиссей совершает колдовской обряд и к нему приближается призрак его матери. Он спрашивает:]

Иль Персефона могучая вместо тебя мне прислала

Призрак пустой, чтоб мое усугубить великое горе?»

Так говорил я; мне мать благородная так отвечала:

«Милый мой сын, злополучнейший между людьми, Персефона,

Дочь громовержца, тебя приводить в заблужденье не мыслит.

Но такова уж судьбина всех мертвых, расставшихся с жизнью.

Крепкие жилы уже не связуют ни мышц, ни костей их;

Вдруг истребляет пронзительной силой огонь погребальный

Все, лишь горячая жизнь охладелые кости покинет…

Так, собеседуя, мы говорили. Тогда мне явились

Призраки жен – их прислала сама Персефона; то были

В прежнее время супруги и дочери славных героев;

Черную кровь [принесенного в жертву барана] обступили они, подбежав к ней толпою;

Я же обдумывал, как бы мне их вопросить почередно

Каждую…

После того как рассеяться призракам жен Персефона,

Ада царица, велела и все, разлетевшись, пропали –

Тень Агамемнона, сына Атреева, тихо и грустно

Вышла; и следом за нею все тени товарищей, падших

В доме Эгиста с Атридом, с ним вместе постигнутых роком.

Тень Ахиллеса, Пелеева сына, потом мне явилась;

С ним был Патрокл, Антилох беспорочный и сын Теламонов

Бодрый Аякс, меж ахейцами мужеским видом и силой

После Пелеева сына великого всех превзошедший.

Тень быстроногого внука Эакова, став предо мною…

Душа Ахиллесова с гордой осанкой

Шагом широким, по ровному Асфодилонскому лугу

Тихо пошла, веселяся великою славою сына.

Души других знаменитых умерших явились; со мною

Грустно они говорили о том, что тревожило сердце

Каждому…

Видеть хотел я великих мужей, в отдаленные веки

Славных, богами рожденных, Тесея царя, Пирифоя,

Многих других; но, толпою бесчисленной души слетевшись,

Подняли крик несказанный; был схвачен я ужасом бледным,

В мыслях, что хочет чудовище, голову страшной Горгоны,

Выслать из мрака Аидова против меня Персефона.

Я побежал на корабль и велел, чтоб, не медля нимало,

Люди мои на него собрались и канат отвязали».

 

Псевдо-Аполлодор. Мифологическая библиотека. Эпитома. Глава VII (17, 34). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 96, 98) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«Одиссей прожил там [у Кирки (Цирцеи)] целый год, затем он отплыл в Океан и принес жертвы душам умерших. По совету Кирки он обратился за предсказанием к прорицателю Тиресию и увидел души героев и героинь. Увидел он также мать свою Антиклею и Эльпенора, который скончался, упав с крыши в доме Кирки.

[Вернувшись на Итаку, Одиссей убил женихов.]

Принеся жертвы Аиду, Персефоне и Тиресию, он отправился пешком через Эпир и прибыл к теспротам. Совершив жертву по указанию прорицателя Тиресия, он умилостивил Посейдона».

 

Ликофрон. Александра. 694-711. (Источник: Ликофрон. Александра. / Вступ. ст. А. В. Мосолкина, пер. и комм. И. Е. Сурикова. // ВДИ. 2011. № 1) (греческий поэт 3 в. до н. э.):

 

«Минует он…

рощу Адской Девушки [рощу Персефоны возле Аверна в Италии],

И огненный поток: там неприступную

Вершину тянет к небу Полидегмон-холм,

И из его ущелий все источники,

Ручьи текут чрез землю авсонийскую.

Покинет он высокий склон Летеона,

И озеро Аорн [Аверно, возле Кум в Италии] уединенное,

Поток Кокита, в темноте рокочущий,

И Стикса мрачного струю; там некогда

Бессмертным Термией для клятвы место дал

И в золотой сосуд оттуда воду лил

Когда он на гигантов, на титанов шел.

Затем Даире [Персефоне] с мужем посвятит он [Одиссей] дар,

И шлем повесит он на самый верх столба».

II. ЧАРОДЕЙСТВО ТИРЕСИЯ

В «Фиваиде» Стация прорицатель Тиресий чародействует, чтобы поговорить с мертвыми. Он хочет, чтобы царь Эдип узнал о причине чумы, поразившей город Фивы.

Сенека. Эдип. 392-397. (Источник: Луций Анней Сенека. Эдип / Перевод С. А. Ошерова // Луций Анней Сенека. Трагедии. – М.: Наука, 1983. – С. 79) (римская трагедия 1 в. н. э.):

 

«[Прорицатель Тиресий намерен прибегнуть к чародейству:]

Путь избрав другой,

Царя из края вечной ночи вызовем:

Пусть он убийцу, из Эреба выпущен,

Сам назовет. Молить неумолимого

Должны мы Дита [Аида], Стикса обитателей

Извлечь на свет.

 

Стаций. Фиваида. Книга четвертая. 408-479. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 62-64) (римский эпос 1 в. н. э.):

 

«…[Тиресий] из царства смерти суровой [Аида]

вызванных манов явил и таинства Леты [т. е. чародейство], так молвят,

перед вождем [Аидом], омытым в воде Исмена [фиванской реки], где токи

с морем мешает река; пространство вокруг он очистил,

недра двухлеток разъяв, а воздух – дыханием серы,

зельями редкостными и длительною ворожбою.

Здесь прорицатель седой [Тиресий] – где столь для стигийских подходит

таинств земля и кровь текущая почве угодна –

сумрачношерстных быков и черных коней заставляет

остановить и к нему подвести отборные выи

стада.

Ярые старец рога облек плетеницей зеленой,

сам их нащупав рукой, и у входа в знакомую рощу

[т. е. священной для богини Гекаты]

вакхову прежде всего изобильную девятикратно

влагу склонил над изъятой землей, и вешнего млека

дар, и актейский поток [мед], и кровь, влекущую манов;

и доливал он, пока не насытилась почва сухая.

После срубленный лес собирают, и жрец для Гекаты

три повелел костра возвести и столько же – Девам,

близ ахеронтовых вод рожденным [эриниям]. И твой, о Аверна

царь [Аид], до небес высокий костер воздвигся, хоть был он

в ямину врыт; а за ним – для подземной Цереры [Персефоны] вздымался

жертвенник меньший, с лица и со всех сторон кипарисом

горестным скрытый. И вот – уже со знаком железа

на запрокинутых лбах, орошенных влагой плодовой, –

пали стада на убой. Манто [дочь Тиресия] безбрачная тотчас

пробует кровь из наполненных чаш и после, по кругу

трижды костры обойдя, по святому уставу отцову

молвит о жилах живых и недрах, еще не застывших.

После немедля она умещает под черные ветви

жадный огонь. И едва ощутил Тиресий, что хворост

в пламени начал трещать и что, наконец, загудели

скорбные груды – ему опалил дыханием щеки

мощный огонь, и жар наполнил пустые глазницы –

он возопил, и костры, трепеща пред глаголом, дрожали.

«Тартара грозный предел, и ненасыщаемой Смерти [Танатоса]

страшное царство, и ты, о самый свирепый из братьев,

коему подчинены и души, и вечные грешных

вопли, и служат кому глубинного мира чертоги, –

дайте открыться немым укрытиям и Персефоны

строгой бесплотный народ отпустите, направив в просторы

ночи, и челн через Стикс пусть полным назад возвратится».

 

Стаций. Фиваида. Книга четвертая. 525-527. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 65) (римский эпос 1 в. н. э.):

 

«[Слепой прорицатель Тиресий описывает свои видения, когда совершает чародейство:]

Бледный, на троне сидит властелин [Плутон (Аид)], а вокруг различаю

сеюших пагубу дев – Эвменид [эриний], и стигийской Юноны [Персефоны],

сумрачный вижу покой и ее суровое ложе».

 

III. ЧАРОДЕЙСТВО ЭСОНА И АЛКИМЕДЫ

Эсон и его жена Алкимеда прибегают к чародейству, чтобы узнать о судьбе своего сына Ясона и предать проклятию царя Пелия, который задумал убить их.

 

Валерий Флакк. Аргонавтика. Книга первая. 730-800. (Источник: Валерий Флакк. Аргонавтика. Книга первая / Под общ. ред. А.В. Подосинова. М.: Импэто, 2013. – С. 91-95):

 

«Тут Алкимеда подземному богу [Плутону (Аиду)] и духам стигийским

Дар принесла священный, за сына-героя тревожась,

Лучше желая узнать о грядущем от вызванных духов.

Также заботясь о сыне, Эсон идет за супругой,

Но подавляет он страх, снедающий сердце. И вот уж

Кровь стоит доверху в ямах – это обильная жертва

Для Флегетонта подземного. Фессалийка-старуха

Души зовет бездыханных предков и внука Плейоны

[т. е. Меркурия (Гермеса) как проводника мертвых]

Криком ужасным. Заклятьем своим она вызывает

Призраков лица. Взирая на грустных сына с невесткой,

Кровь пригубив, стал Кретей [отец Эсона] вещать такими словами…

[призрак Кретея соообщил, что Ясон находится в безопасности,

но царь Пелий замышляет убийство Эсона]

Снова к обряду [чародейства] Эсон возвратился. В тени кипариса

Древнего бык стоял, пугающий ржавым окрасом

Шкуры своей. На рогах его синие ленты, из тиса

Жесткий венок на челе. Он был вне себя, задыхался,

Рвался на волю, страшился увиденной тени Кретея.

Для своего ритуала быка фессалийка [Алкимеда] хранила –

Так у народа ее нечестивого принято было –

Отдан он будет Диту, когда задабривать станет

Духов стигийских она и Гекату своим заклинаньем,

Чтобы до срока Харон не похитил легкие тени

И оставались они у входа в расселину Орка.

Тут заметил Эсон, что бык не пал еще жертвой

Страшных обрядов; его умертвить он решает и молвит,

Взявшись рукой за рога быка, что должен погибнуть:

«Вы, что послушны Юпитеру; вы, которые жизни

Путь не лениво прошли, – мне мудрость ваша известна,

Доблесть в сражениях и имена великих потомков!

Также и ты, отец, из царства теней возвращенный,

Наших свидетелем став похорон и земные страданья

Вновь испытав позабытые, путь открой к вашим рощам;

Жертва пусть эта нам пропуском будет в земли блаженных.

Дева, Юпитеру весть приносящая о злодеяньях,

Ты, беспристрастно на земли глядящая, Мщенья богини,

Высший Закон, за безумия Кара, войдите в жилище

Пелия, факелы смерти внеся! Пусть сердце охватит

Трепет священный, и сына оружье и судно не будут

Мниться единственной карой!»

IV. ЧАРОДЕЙСТВО МЕДЕИ

Такие ведьмы как Медея практиковали чародейство. Медея использует заклинания, чтобы вернуть молодость Эсона.

Овидий. Метаморфозы. Книга седьмая. 240-293. (Источник: Публий Овидий Назон. Метаморфозы / Перевод с латинского С. В. Шервинского. – М.: Художественная литература, 1977) (римский эпос 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

 

«[Медея использует магию, чтобы восстановить молодость Эсона:]

Два алтаря сложила из дерна Медея,

Справа – Гекаты алтарь и жертвенник Юности [Гебы] – слева.

Дикой листвой оплела и ветвями священными оба.

Недалеко откидав из ям двух землю, свершает

Таинство; в горло овцы чернорунной вонзает Медея

Нож и кровью ее обливает широкие ямы,

Чистого чашу вина сверх крови она возливала,

Медную чашу брала, молока возливала парного;

Льются меж тем и слова, – богов призывает подземных,

Молит владыку теней [Аида] с похищенной вместе супругой [Персефоной],

Чтоб не спешили отнять у тела дряхлого [Эсона] душу.

[Затем Медея готовит волшебное снадобье и дает его выпить Эсону:]

Удивляется Эсон и прежний –

Сорокалетье назад – свой возраст младой вспоминает».

V. ЧАРОДЕЙСТВО ВЕДЬМ

Считалось, что ведьмы практикуют чародейство.

Стаций. Фиваида. Книга третья. 145-146. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 41) (римский эпос 1 в. н. э.):

 

«Собрания скорбные теней

ропщут [на то, что ведьма вызывает их из Аида], и гневом кипит авернского мрака родитель [Плутон (Аид)]».

 

VI. ОРАКУЛЫ МЕРТВЫХ

Оракул мертвых (некромантион) в Теспротии и Кумах был святилищем бога подземного мира Аида и Персефоны. Оракулы демонов Амфиарая и Трофония в Беотии так же были колдовскими святилищами.

ДОПОЛНИТЕЛЬНУЮ информацию о колдовских святилищах см. Культ Аида.

 

VII. КОЛДОВСКИЕ ПРОКЛЯТИЯ

См. Аид, бог проклятий и повелитель эриний (ниже).

 

БОГ ПРОКЛЯТИЙ И ПОВЕЛИТЕЛЬ ЭРИНИЙ

Аид был богом самых сильных проклятий, которые делались страшными эриниями. Иногда описывалось, как бог посылает из подземного мира злого призрака в сопровождении эринии, чтобы покарать за преступление – особенно убийство отца или матери.

Эсхил. Просительницы. 154-163. (Источник: Эсхил. Трагедии / Перевод А. И. Пиотровского. – М.: Наука, 1989. – С. 9) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

 

«[Данаиды:]

Если ж там, где солнца свет [в Аргосе],

Смуглоликим девам нет

Защиты, – мы

В дом гостеприимного

Зевса мертвых [т. е. Аида] понесем

Вайи молебные;

Ибо высший сонм богов

Нас презрел. Петля нам

Откроет путь».

[Т. е. девы угрожают покончить с собой, если им не предоставят убежище. Их проклятия принесут стране бедствия.]

 

I. ЭРИНИИ И ДУХ МЕСТИ

Эсхил. Орестея. Плакальщицы (Хоэфоры). 381-386. (Источник: Эсхил. Трагедии /Перевод Вячеслава Иванова. – М.: Наука, 1989. – С. 136) (греческая трагедия начала 5 в. до н. э.):

 

«[Вызывается дух убитого царя Агамемнона:]

Речь твоя слух мой насквозь

Острой пронзила стрелой.

Зевс, Зевс, из недр земных [т. е. Аид] Ату [дочь Эриды]

Позднюю встать зовущий

За грех рук нечестивых! Отчей,

Боже, взыщи с них возмездье крови».

 

Сенека. Геркулес в безумье. 100-103. (Источник: Луций Анней Сенека. Геркулес в безумье / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. – М.: Наука, 1983. – С. 118) (римская трагедия 1 в. н. э.):

 

«За дело, слуги [эринии] Дита [Аида]! Выше факелы

Вздымайте! Строй, щетинящийся змеями,

Веди, [эриния] Мегера, выхвати злотворною

Рукою балку из костра горящего!»

 

Стаций. Фиваида. Книга восьмая. 65-68. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 130) (римский эпос 1 в. н. э.):

 

«[Плутон (Аид) приказывает эринии:]

Иди, Тисифона, и мсти за глубины

Тартара: выбрав из всех небывалых лютейшее, мукой

редких чреватое бед, доселе невиданных небом,

зло учини – к моему восхищенью и сестрам [мойрам] на зависть».

 

II. ДУХИ МЕСТИ НА ПОЛЕ БИТВЫ

Стаций. Фиваида. Книга одиннадцатая. 420-423. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 196) (римский эпос 1 в. н. э.):

 

«Манам [душам погибших] – врата отворив – огигийским подземный правитель [Аид]

сам выходить повелел и на чудищ глядеть соплеменных.

[В междоусобной войне Семерых против Фив.]

Те же сидят на отчих горах и, сонмищем мрачным

солнце затмив, веселятся, что их преступления – меньше».

 

III. ПРОКЛЯТИЯ ЭРИНИЙ

Гомер. Илиада. Песнь девятая. Посольство. 447-457. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 160) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«[Феникс рассказывает историю о том, как его проклял отец:]

…Годы, как бросил Элладу я, славную жен красотою,

Злобы отца избегая, Аминтора, грозного старца.

Гневался он на меня за пышноволосую деву:

Страстно он деву любил и жестоко бесславил супругу,

Матерь мою; а она, обнимая мне ноги, молила

С девою прежде почить, чтобы стал ненавистен ей старец.

Я покорился и сделал. Отец мой, то скоро приметив,

Начал меня проклинать, умоляя ужасных Эриний,

Ввек на колена свои да не примет он милого сына,

Мной порожденного: отчие клятвы исполнили боги,

Зевс подземный [т. е. Аид] и чуждая жалости Персефония».

 

Гомер. Илиада. Песнь девятая. Посольство. 565-572. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 162-163) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«Он [Мелеагр] у супруги покоился, гнев душевредный питая,

Матери [Алфеи] клятвами страшно прогневанный: грустная матерь

Часто богов заклинала – отмстить за убитого брата;

Часто руками она, исступленная, о землю била

И, на коленях сидящая, грудь обливая слезами,

С воплем молила Аида и страшную Персефонию

Смерть на сына послать; и носящаясь в мраках Эриннис,

Фурия немилосердая, воплю вняла из Эреба)…»

 

Аполлоний Родосский. Аргонавтика. Третья книга. 701-710. (Источник: Аполлоний Родосский. Аргонавтика / Перевод Н. А. Чистяковой. – М.: НИЦ «Ладомир», 2001. – С. 80) (греческий эпос 3 в до. н. э.):

 

«[Халкиопа обращается к своей сестре Медее:]

Я молю: не дай их [ее сыновей, которые сопровождают аргонавтов] увидеть бесславно погибших!

Буду иначе тебе я суровой Эринией вечно».

Первой Медея к сестре огорченной так обратилась:

«Бедная! Что за средство могу я тебе приготовить?

Что говоришь про Эринию и о проклятьях жестоких?»

 

Стаций. Фиваида. Книга первая. 49-81. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 6) (римский эпос 1 в. н. э.):

 

«[Эдип ослепляет себя, когда узнает, что он убил своего отца и женился на своей матери. Сыновья после этого относятся к нему пренебрежительно и он призывает эриний наказать их:]

Он бы хотел в темноте удаленного скрыться покоя,

не выходить из жилищ, недоступных для света дневного,

но непрерывно пред ним на докучливых крыльях кружится

день беспощадный в душе, и в сердце – Мстительниц [эриний] тени.

Вот он пустоты глазниц, незажившую рану, увечье

жалкое в неба простор возводит, рукой обагренной

в полую землю стучит и взывает в мольбе беспощадной:

«Боги [Плутон (Аид), Персефона и эринии], неправедных душ блюстители в тесном для казней

Тартаре, Стикса поток свинцовый, несущий усопших, –

вижу тебя; и, частым моим привычная зовам,

дай, Тисифона, мне знак, будь к страшным мольбам благосклонна!

Меня, кто ослеп, кто царство оставил,

скорбного, ни поддержать, ни словом смягчить не хотели

дети мои – и в браке каком! И они же – надменны, –

горе! – и даже – цари, как будто я умер – смеются

над слепотою моей и стенанья отца ненавидят.

Я и пред ними ль нечист? И родитель богов на такое

без возмущенья глядит? – Так ты взыщи с них, что должно,

здесь появись и всех наказаньем настигни потомков!»

 

IV. ПРОКЛЯТИЯ, СВЯЗАННЫЕ С АИДОЙ И ЭРИНИЯМИ

Аид упоминался в клятве, имеющей значение: «да буду я проклят, если осмелюсь нарушить клятву».

Аполлоний Родосский. Аргонавтика. Вторая книга. 259-261. (Источник: Аполлоний Родосский. Аргонавтика / Перевод Н. А. Чистяковой. – М.: НИЦ «Ладомир», 2001. – С. 41) (греческий эпос 3 в до. н. э.):

 

«[Царь Финей клянется аргонавтам:]

…А подземные боги [т. е. Аид, Персефона и эринии] пусть мертвому милость не явят!

Вам от богов ничуть за помощь гнева не будет».

Оба затем после клятвы ему помогать пожелали».

 

Сенека. Эдип. 247-259. (Источник: Луций Анней Сенека. Эдип / Перевод С. А. Ошерова // Луций Анней Сенека. Трагедии. – М.: Наука, 1983. – С. 75) (римская трагедия 1 в. н. э.):

 

«Эдип [клянется:]

Теперь свершится кара [за убийство Лая]: боги так велят.

Вы все, кто зрит на царство наше с кротостью:

И ты [Юпитер (Зевс)], кому подвластен звездный свод крутой,

И ты, краса и светоч неба [Гелиос (Солнце)], правящий

Двенадцатью созвездьями, вращающий

Проворным колесом века неспешные,

И ты, ночная странница [Селена (Луна)], идущая

Всегда навстречу брату; ты, властитель бурь,

Кто мчит в лазурной колеснице по морю,

И ты, лишенных света царь обителей [Плутон (Аид)],

Услышьте! Пусть убийца Лая изгнанный

Ни ларов, ни надежного убежища,

Ни края не найдет гостеприимного…»

 

Сенека. Эдип. 868-870. (Источник: Луций Анней Сенека. Эдип / Перевод С. А. Ошерова // Луций Анней Сенека. Трагедии. – М.: Наука, 1983. – С. 94) (римская трагедия 1 в. н. э.):

 

«[Эдип проклинает себя, обнаружив, что он убил отца и женился на матери:]

Земля, разверзнись! Ты, над тьмой владычащий

Теней правитель [Плутон (Аид)], во глубины Тартара

Умчи весь род, превратно устремленный вспять!»

 

ОТОЖДЕСТВЛЕНИЕ АИДА С АРИМАНОМ

Плутарх. Об Исиде и Осирисе. (Перевод и примечания Н. Н. Трухиной) (Древнегреческий писатель. до 50 — после 120 н.э. )

Маг Зороастр, который, как рассказывают, жил за пять тысяч лет до Троянской войны. Он называет одно божество Горомадзом [Ормуздом], другое — Ариманием [Ариманом] и указывает, что из всего чувственного первый более всего подобен свету, а второй — мраку и неведению, середину же между обоими занимает Митра. Поэтому персы называют Митру посредником. Зороастр также учил, что первому божеству надо приносить жертвы обетные и благодарственные, а второму — умилостивительные и мрачные Поэтому Гадеса [Аида] и Тьму [Аримана] призывают они, измельчая в ступе некую траву, называемую омоми; затем, смешав ее с кровью заколотого волка, выносят в место, не знающее солнца, и бросают там: они полагают, что и растения одни принадлежат благому богу, а другие — злому демону.

 

Плутарх. Об Исиде и Осирисе. (Перевод и примечания Н. Н. Трухиной) (Древнегреческий писатель. до 50 — после 120 н.э. )

 

Рассказывают о богах много сказочного, например, следующее: Горомадз [Ормузд], произошедший от чистейшего света, и Ариманий [Ариман, Аид], произошедший от тьмы, ведут
друг с другом войну. И Горомадз создал шесть богов: первым — бога Доброй Мысли, вторым — Истины, третьим — Справедливости и остальных — Мудрости, Богатства и Творца
благих наслаждений. Ариманий же сотворил равное им число соперников. Затем Горомадз, троекратно увеличившись, удалился от солнца настолько, насколько солнце удалено от земли, и украсил небо звездами. Одну звезду, Сириус, он поместил впереди других как стража и дозорного. Сотворив затем еще двадцать четыре бога, он поместил их в яйцо. Равные им по числу боги, произошедшие от Аримания, проникли в яйцо, вследствие чего добро смешалось со злом. Но грядет назначенное судьбой время, когда Ариманий, вызвавший мор и голод, будет за это по справедливости навсегда уничтожен и исчезнет, земля же станет ровной и гладкой, и будет одна жизнь и одно государство у всех людей, блаженных и говорящих на одном
языке А Феопомп со слов магов утверждает, что на три тысячи лет по очереди один бог побеждает, а другой бывает побежден, затем три тысячи лет они бьются и сражаются, и один
разрушает творения другого; но в конце концов Гадес исчезнет, и люди станут счастливыми, не нуждаясь в пище и не строя навеса. А бог, устроивший все это, отойдет на покой и будет отдыхать некоторый срок, который для него, как для бога, невелик, но умерен, как для спящего человека. Таково содержание легендарных историй магов

Оцените статью
Боги Греции
Добавить комментарий

16 − шесть =