Богиня Нефелла

В греческой мифологии Нефела (Νεφέλη, «облако») — богиня облаков. Нефелу создал Зевс, придав облаку образ своей супруги Геры, которую задумал соблазнить царь фессалийских лапифов Иксион. Подвыпивший Иксион не заметил обмана и предался любовным утехам с псевдо-Герой, за что был жестоко наказан внезапно нагрянувшим Зевсом. Нефела родила Иксиону чудовищного, отверженного всеми Кентавра, от которого магнесийские кобылы произвели на свет многочисленное потомство. Когда Геракл, гостивший у кентавра Фола, подвергся нападению других кентавров и пытался отогнать их градом горящих головней, Нефела пришла на помощь внукам и пролила на землю сильный ливень. Тетива у Геракла ослабла, а земля под ногами стала скользкой. Однако герой оказался достойным своей славы и убил нескольких кентавров, остальных обратив в бегство. По велению Геры на Нефеле женился Афамант, царь племени миниев в Беотии. От их союза родились Фрикс и Гелла. Афамант не стерпел презрения, с каким Нефела относилась к нему, и изменил ей с Ино, дочерью Кадма. Узнав от служанок, что у нее есть соперница, Нефела в ярости вернулась на Олимп и пожаловалась Гере о нанесенной ей обиде. Гера взяла ее сторону и поклялась отомстить Афаманту. Тем временем коварная интриганка Ино замыслила погубить своего пасынка Фрикса и устроила так, что Афамант уже готов был перерезать горло своему первенцу. Нефела спасла своих детей, прислав за ними говорящего златорунного барана, который унес Фрикса и Геллу, что впоследствии стало причиной плавания аргонавтов.

 

ЦИТАТЫ ИЗ КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

НЕФЕЛЫ – НИМФЫ ОБЛАКОВ

Эсхил. Прометей прикованный. 114-283. (Источник: Эсхил. Трагедии / Перевод А. И. Пиотровского. – М.: Наука, 1989. – С. 238-243) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

«[В следующем отрывке Прометей, вероятно, представляет океанид как облака, которые собираются возле вершин Кавказа.]

«Прометей

(прикованный к скале)

Но, чу? Звон возник вьявь.

Пахнул вихрь в лицо мне.

То люди? То боги?

Иль что-то иное?

Зашли в глушь и дебрь,

В расщель снежных гор

На боль мою полюбоваться? Что еще?

Ой-ой-ой! Снова слышу я посвист и шум

Пролетающих птиц. Верезжит и звенит

Дальний воздух от стрепета реющих крыл.

Что б ни близилось, все мне ужасно!

ПАРОД

На орхестре в крылатой повозке [вероятно, представляющей облака] появляется

Хор Нимф-Океанид.

Хор

Строфа 1

Не бойся, друг наш!

Мы летим к тебе с любовью

На звенящих острых крыльях.

Мы примчались к этим скалам черным,

Слезой отца сердце склонив.

Гулкие в уши свистали ветры.

Железа звон, молота грохот к нам ворвался

В тишину морских пещер.

Стыд мы забыли скромный,

Босыми в крылатой летим повозке.

Прометей

Ай-ай-ай-ай!

Многодетной Тефии птенцы и отца

Океана, который всю землю кругом

Обтекает гремучей, бессонной рекой.

О подруги мои!

Поглядите, взгляните, в кандальных цепях

Я распят на скалистых разломах хребтов,

Над разрывами гор,

Здесь стою я на страже постыдной.

Хор [океанид:]

Антистрофа I

Прометей! Прометей!

На глаза нам сумрак рухнул.

Влага слез застлала взоры,

Видим, видим, вот стоишь, огромный!

К уступам скал ты пригвожден

Цепью железной, чтоб гнить и вянуть!

Да, новый князь внове владеет веслом Олимпа.

Новый миру дав закон,

Зевс беззаконно правит.

Что было великим, в ничто истлело.

Хор

Строфа II

Чье сердце камень, медь и лед?

Кто из богов над тобою посмеется?

Кто слез с тобой не станет лить?

Один лишь Зевс. Он, упрямый и бешеный,

Искореняет в неистовстве

Старое племя Урана [титанов].

Нет покоя ему, сердце пока не насытится,

Иль в поединке не вырвут из рук его черной власти.

Хор

Антистрофа II

Да, да, ты тверд. Тебя взнуздать

Горечь и боль никогда не смогут.

Но рот твой волен чересчур.

Проходит душу ужас пронзительный,

Участь твоя мне страшным-страшна.

Что если море печалей

Не переплыть вовек тебе? Беспощадное, злое,

Несокрушимо жестокое сердце у сына Крона [Зевса].

ЭПИСОДИЙ ПЕРВЫЙ

Старшая Океанида

Не в обиду нам речи твои, Прометей!

Мы послушны, гляди!

Покидаем босою, летучей ступней

Самолетный ковер и звенящий эфир,

Птиц пугливых тропу голубую;

На кремнистую землю вступили, рассказ

О твоих злоключеньях услышать».

 

Эсхил. Прометей прикованный. 397-408. (Источник: Эсхил. Трагедии / Перевод А. И. Пиотровского. – М.: Наука, 1989. – С. 246-247) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

 

«Хор [океанид]

Строфа I

Льем слезы, льем, друг Прометей, над горькой жизнью·

Родники слез покатились,

Стынут капли,

Слез ключи текут солено

По равнинам щек девичьих.

Зевс свирепый, Зевс пасет мир,

Произвол в закон поставив.

Зевс пасет копьем железным

Древних демонов и чтимых.

Антистрофа I

Гудом гудит, стонет земля протяжным стоном».

[Вероятно, слезы океанид символизируют дождь.]

 

Эсхил. Прометей прикованный. 526-533. (Источник: Эсхил. Трагедии / Перевод А. И. Пиотровского. – М.: Наука, 1989. – С. 250) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

 

«Хор [океанид:]

Строфа I

Пусть никогда, никогда

В сердце мне Зевс

Злого не вложит упорства!

Ранним утром пусть на забуду

Богов покормить говяжьим мясом,

Жиром бычьим,

Встав над потоком гремучим отца Океана.

Пусть никогда не ропщу [на Зевса]!

Пусть останусь в этих мыслях и сейчас и вечно».

 

Эсхил. Прометей прикованный. 1054-1070. (Источник: Эсхил. Трагедии / Перевод А. И. Пиотровского. – М.: Наука, 1989. – С. 266) (греческая трагедия 5 в. до н. э.):

 

«Гермес

Вот послушайте бред, бесноватого речь.

Сумасшедшие мысли! Что надо еще,

Чтоб назвать одержимым, безумцем, глупцом

Болтуна и бахвала. Узду он порвал!

Вы же – много в вас жалости к болям его –

Уходите от этих погибельных мест,

убегайте скорее! Не то потрясет,

Оглушит столбняком львиных грузных громов

Сокрушительное грохотанье!

Старшая Океанида

Говори мне другое. Советы давай

Мне иные. Послушаюсь. Слово сказал

Ты сейчас нестерпимое. Нет, никогда

Не подвигнешь на подлую низость меня.

Вместе с другом судьбу дотерплю до конца.

Ненавидеть училась предателей я.

Язвы нет на земле

Для меня вероломства постыдней».

 

Аристофан. Облака. 264 и далее. (Источник: Аристофан. Комедии. В 2 томах / Пер. с древнегреч.: С. К. Апт., А. И. Пиотровский, Н. Корнилов; Коммент. В. Ярхо. — М.: Искусство, 1983. — Т. 1.) (греческая комедия 5-4 вв. до н. э.):

«[В комедии Аристофана «Облака» Сократ заявляет, что Нефелы (Облака) – величайшие из богов:]

Сократ

Не кричи, замолчи, покорись, старичок, и внимай терпеливо молитве.

(Молится.)

Господин и владыка, о Воздух святой, обступивший, объемлющий Землю,

О сверкающий, ясный Эфир [Верхний воздух], Облака [Нефелы] громоносные, матери молний!

Поднимитесь, взлетите, царицы, свой лик мудролюбцу седому явите!

Стрепсиад

Погоди, не спеши, дай закутаться мне, а не то до костей я промокну.

Ах, глупец, ах, несчастный! Сегодня как раз без накидки я из дому вышел!

Закутывается.

Сократ

Облака [Нефелы] многочтимые! Слушайте зов, где б вы ни были, ныне явитесь!

На Олимпе ль, на снежной, священной горе залегли вы семьею лучистой,

Или с нимфами в быстрый сплелись хоровод в темных кущах Отца Океана,

Или в Нильских далеких верховьях дожди в золотые черпаете ведра,

Залетели ли в топь меотийских болот иль на льдистые гребни Миманта,

Нас услышьте, и жертву примите от нас, и порадуйтесь нашей молитве.

Парод

Издали доносится пение Облаков [Нефел].

Строфа

Вечные Облака [Нефелы]!

Встаньте, явитесь, росистые, мглистые, в легких одеждах!

Бездны Отца Океана гудящие

Кинем, на горные выси подымемся,

Лесом покрытые,

С вышек дозорных на сторону дальнюю

Взглянем на пашни, на пышные пажити!

Взглянем на реки, бурливо журчащие,

Взглянем на море, седое, гремящее!

Око эфирное неутомимо сверкает.

Даль в ослепительном блеске.

Двинемся ж, сбросим туманы волнистые

С тел непорочных и взглядом всевидящим

Землю святую окинем!

Сократ

О священные жены, богини мои, Облака, вы молению вняли!

(Стрепсиаду.)

Ты ведь слышал их песни и пенью вослед грохотанье тяжелое грома?

Стрепсиад

Да, слыхал и молюсь вам, мои госпожи [Облака (Нефелы)], и хотел бы на гром ваш ответить

Грохотаньем из брюха: так сильно дрожу, так жестоко я вас испугался!

Вот уже, вот оно, пусть прилично, пусть нет, не могу удержать! Осрамился!

Сократ

Эти шуточки брось и не смей подражать паяцам – гаерам балаганным!

Благочестья исполнись! Божественный рой продолжает священную песню.

Второе полухорие

Антистрофа

Девы, несущие дождь!

Город Кекропа богатый, блистательный, землю Паллады,

Родину храбрых хотим мы приветствовать.

Там – несказанные таинства правятся,

Там открываются

Пред посвященными двери святилища [Деметры].

В честь небодержцев богов приношения

Там возвышаются, храмы с кумирами.

Шествия движутся там богомольные.

Жертвы приносятся пышные, в зиму и лето

Праздники, игры и пляски.

Вот наступила весна, и в честь Бромия [Диониса]

Песни несутся, хоры состязаются,

Флейты призывно рокочут.

Стрепсиад

Объясни мне, Сократ, заклинаю тебя, это кто же поет так прекрасно,

Так торжественно, чинно и важно? Скажи, иль слетелись сюда героини?

Сократ

Да ничуть! Это – дети небес, Облака [Нефелы], а для нас, для мыслителей – боги

Величайшие, разум дающие нам, мысли острые, силу сужденья,

Красноречия жар, убеждения дар, говорливость и в речи сноровку.

[Вероятно, Сократ имеет в виду Океанид – Метиду, Пейфо, Климену и др.]

Стрепсиад

Понимаю. Так вот почему, услыхав их напевы, душой я воспрянул

И к сплетениям слов потянуло меня и к сужденьям о дыме летучем,

Захотелось на слово ответить тремя и мыслишкою в споре ужалить!

Если можно, прошу, дай воочию мне, дай вблизи величавых увидеть!

Сократ

Погляди же сюда, на Парнеф! Началось! Вижу, вижу, спокойно и плавно

К нам нисходят они.

Стрепсиад

Где же, где? Покажи!

Сократ

Вот, подходят густыми рядами

По расщелинам горным, по склонам лесным.

Прямиком.

Стрепсиад

Удивительно, право!

Ничего я не вижу!

Сократ

У входа они.

Стрепсиад

Вот теперь различаю немножко.

Сократ

Хоть теперь то ты видишь их, глупый старик, иль ты слеп, или бельма на веках?

Стрепсиад

Вижу, вижу! Почтенные! Зевс мне судья! Вся площадка полна облаками.

Сократ

Что ж, а раньше не знал ты, что боги они?

Как богов их не чтил и не славил?

Стрепсиад

Видит Зевс, и не думал. Считал их росой, и туманом, и слякотью мокрой.

Сократ

Видит Зевс, ошибался ты. Знай же теперь: это вот кто питает ученых,

И врачей, и гадателей, франтов в кудрях, с перстеньками на крашеных пальцах,

Голосистых искусников в круглых хорах, писателей высей надзвездных,

Вот кто кормит бездельников праздных, а те прославляют их в песнях надутых.

Стрепсиад

Вот зачем воспевают они облака, буревые, несущие грозы,

«Стоголового смерча летучую прядь», «завывание вихрей ревущих»,

И еще «кривокогтых кочующих птиц заблудившиеся караваны»,

И еще «облаков волокнистых росу», а за это питаются сами

Камбалою копченой, «прозрачной, как сон», и жарким «из дроздов сладкогласных».

Сократ

Незаслуженно разве?

Стрепсиад

Скажи мне теперь, умоляю тебя, если вправду

Облака – эти твари, зачем же тогда на земных они женщин похожи?

Ведь иначе совсем они выглядят.

Сократ

Как? Расскажи мне, как выглядят тучи.

Стрепсиад

Хорошенько сказать не могу. Например, как летящие шерсти волокна.

Но совсем не как женщины, Зевс мне судья!

А у этих носы, и большие.

Сократ

А теперь на вопросы мои отвечай!

Стрепсиад

Говори! Что угодно отвечу.

Сократ

Никогда ты не видел, скажи, в небесах облаков, на кентавра похожих,

На быка, на пантеру, на волка?

[Кентавры были сыновьями Нефелы.]

Стрепсиад

Видал, Зевс свидетель! Видал! Ну так что же?

Сократ

Как хотят, обернуться умеют они. Завитого увидят красавца,

Вот из этих кудрявых, распутных гуляк, из породы козла Ксенофанта,

И тотчас, издеваясь над бешенством их, превратятся в блудливых кентавров.

Стрепсиад

Если ж Симон, грабитель народной казны, попадется им, чем они станут?

Сократ

Подражая разбойной природе его, уподобятся хищному волку.

Стрепсиад

Понимаю. Недавно толстяк Клеоним повстречался им, щит потерявший,

Увидали трусишку они и тотчас обратились в пугливых оленей.

Сократ

А теперь повстречали Клисфена они и на женщин похожими стали.

Хор – женщины-Облака – входит на орхестру.

Стрепсиад

(Облакам)

Ну так здравствуйте, слава вам, грозные! Речь обратите ко мне благосклонно!

Если голос ваш прежде слыхал кто-нибудь, пусть его я услышу, богини!

Предводительница хора облаков

Наш привет тебе, старец с седой головой, за наукой и правдой пришедший!

(Сократу.)

Ты ж, священнослужитель речей плутовских, объясни нам, чего ты желаешь.

Никого так охотно не слушаем мы из искусников, ныне живущих.

Одного разве Продика: мудрость его нас пленяет и гордые мысли.

Ты же тем нам приятен, что бродишь босой, озираясь направо, налево,

Ходишь чванно и важно, в лохмотьях, дрожа, вскинув голову, нас обожая.

Стрепсиад

О Земля, что за голос! Торжественно как он звучит! Объявилось нам чудо!»

 

Аристофан. Облака. 563 и далее. (Источник: Аристофан. Комедии. В 2 томах / Пер. с древнегреч.: С. К. Апт., А. И. Пиотровский, Н. Корнилов; Коммент. В. Ярхо. — М.: Искусство, 1983. — Т. 1.) (греческая комедия 5-4 вв. до н. э.):

 

«Первое полухорие [Нефел (Облаков)]

Ода

В небе высоком грозного

Зевса, богов властителя,

В хор наш зовем мы первым.

С ним и тебя, трезубца царь,

Бог великан,

Синего моря и земли

Яростный колебатель!

Славного кличем родителя нашего.

Вечный Эфир, тебя, жизнь сохраняющий в мире!

С ним и тебя, пламенный бог [Гелиос (Солнце)],

В белых лучах мчащий коней

Над простором земли! Велик

Меж богов ты и смертных.

Предводительница первого полухория

Эпиррема

Рассудительные люди, нас послушайте теперь!

На тяжелую обиду мы пожалуемся вам.

Всех богов опережая, мы лелеем город ваш,

Вы ж из всех богов бессмертных нам не молитесь одним,

Сторожам своим надежным. Если сдуру вы поход

Затеваете, грохочем мы и посылаем дождь.

Помните, когда Клеона скорняка, врага богов,

Вы избрали полководцем, грозно брови мы свели,

Напугали вас, «из тучи с громом молнии неслись»,

И Селена путь привычный позабыла, свой фонарь

Спрятал Гелиос, исчезнув с небосклона и грозя,

Что светить не станет, если будет властвовать Клеон.

Все же вы его избрали: легкомыслие давно

В этом городе оседло; не впервые божествам

Вашу глупость и беспечность вам на пользу обращать.

А что это справедливо, мы докажем без труда.

Если вы Клеона вора в лихоимстве, в грабеже

Обличите и в колодки закуете наглеца,

Все былое вам простится, позабудутся грехи,

Обернется все на благо, счастлив город будет вновь.

Второе полухорие [Нефел (Облаков)]

Антода

Феб [Аполлон] господин, приди и ты,

Делоса царь, владыка круч

Высокогорных Кинфа!

Ты [Артемида], что в Эфесе, в золотом

Доме живешь,

Горняя, с нами будь! Тебе

Девы лидийцев служат.

С нами будь, наша родная, владычица,

Горододержица, с грозной Эгидой, Афина,

Ты, что хранишь горный Парнас,

В блеске пляши смольных костров,

О Дионис, веселый бог,

Вождь вакханок дельфийских!»

 

Аристофан. Облака. 1115 и далее. (Источник: Аристофан. Комедии. В 2 томах / Пер. с древнегреч.: С. К. Апт., А. И. Пиотровский, Н. Корнилов; Коммент. В. Ярхо. — М.: Искусство, 1983. — Т. 1.) (греческая комедия 5-4 вв. до н. э.):

 

«Предводительница хора облаков [Нефел]

Первое: когда начнете вы поля свои пахать,

Первым вам мы дождь подарим, а соседям уж потом.

Будем сад ваш и зеленый виноградник охранять,

Чтобы зноем их не выжгло, градобоем не смело.

Тот же смертный, кто в безумье не уважит нас, богов,

Вот послушайте, узнайте, сколько бед претерпит он.

Пить вина уж он не будет, есть не будет овощей,

Чуть в саду его маслины зацветут и виноград,

Все завянет, тяжкой дробью из пращей собьем мы цвет.

Кирпичи сушить захочет, хлынем на землю дождем,

Все на кровле черепицы летним градом расшибем.

Если ж свадьбу он затеет, или родич, или друг,

До утра разверзнем хляби…»

 

Орфический гимн XXI. Тучам (фимиам, смирна). (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 201) (греческие гимны 3 в. до н. э. – 2 в. н. э.):

 

«Тучи воздушные, странницы неба, кормилицы всходов,

О дождеродицы, носит вас по миру ветров дыханье,

Влажнодорожные, полные грома и пламени молний!

Ваши воздушные складки таят ужасающий грохот,

Кажется, войско напало, когда раздирает вас ветер.

Ныне молю вас, о росные, ветром душистым повеяв,

Влагу – плодов пропитанье – на мать нашу землю [Гею] пошлите!»

 

Орфический гимн XXII. Тефии (фимиам, манна с ладаном). (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 202) (греческие гимны 3 в. до н. э. – 2 в. н. э.):

 

«…Влажнодорожная матерь Киприды [Афродиты] и туч мраковидных [Нефел, Облаков],

Матерь нимф ключевых и речных, изобильных водою…»

 

Цицерон. О природе богов. Книга III. XX. (51). (Источник: Цицерон. Философские трактаты. / Пер. М. И. Рижского. Отв. ред., сост. и вступ. ст. Г. Г. Майорова. (Серия «Памятники философской мысли»). — М.: Наука, 1985. — 384 стр.) (римский ритор 1 в. до н. э.):

 

«А если радуга [Ирида] – божество, то почему – не облака [Нефелы]? Ведь сама радуга образуется из облаков, каким-то образом окрасившихся. А одно облако, говорят, даже родило кентавров. Но если ты внесешь в список богов облака, то следует внести, конечно, и бури…»

[Цицерон критически относится к обожествлению всех явлений.]

 

Стаций. Фиваида. Книга первая. 205-208. (Источник: Публий Папиний Стаций. Фиваида / В переводе Ю. А. Шичалина. – М.: «Наука», 1991. – С. 9) (римский эпос 1 в. н. э.):

 

«…Летучие толпы

полубогов и – родня облакам [Нефелам] высоким – Потоки [Потамои],

следом – таящие рев, испугом сдержанный. Ветры [Анемы]

полнят чертог золотой [Олимпа]».

 

ОБЛАЧНЫЕ ПРИЗРАКИ ГЕРЫ И ЕЛЕНЫ

Псевдо-Аполлодор. Мифологическая библиотека. Эпитома. Глава I (20). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 78) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«Иксион, влюбившись в Геру, попытался совершить над ней насилие. Когда Гера известила об этом Зевса, тот решил удостовериться, так ли обстоит дело в действительности. Для этого он создал из облака некое подобие Геры [Нефелу] и уложил его рядом с Иксионом. Но, когда Иксион стал хвалиться, что сошелся с Герой, Зевс привязал его к колесу и ветры понесли его вдоль поднебесья: таким было наказание, которому Зевс его подверг. Облако же родило от Иксиона кентавра».

 

Псевдо-Аполлодор. Мифологическая библиотека. Эпитома. Глава III (5). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 81) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«…Некоторые сообщают, что Гермес, выполняя волю Зевса, выкрал Елену, привез ее в Египет и отдал царю египтян Протею, чтобы тот ее охранял. Александр [Парис] же прибыл в Трою, имея с собой сотворенный из облака [Нефелы] призрак Елены».

 

Оцените статью
Боги Греции
Добавить комментарий

14 + семь =