Богиня Лето

ЛЕТО (лат. La­to, La­to­na), в гре­че­ской мифо­ло­гии дочь тита­нов Коя и Фебы; роди­ла от Зев­са Апол­ло­на и Арте­ми­ду. Рев­ни­вая Гера пре­сле­до­ва­ла ее и не дава­ла воз­мож­но­сти най­ти при­ста­ни­ще. По дру­гой вер­сии все горо­да и ост­ро­ва отка­зы­ва­лись Лето дать при­ют, посколь­ку испы­ты­ва­ли страх перед могу­ще­ст­вен­ным богом, кото­ро­го Лето долж­на была про­из­ве­сти на свет. Толь­ко ост­ров Делос, до того вре­ме­ни носив­ший­ся по мор­ским вол­нам, при­ютил ее. Там Лето под паль­мой роди­ла близ­не­цов. Поэто­му Зевс позд­нее оста­но­вил ост­ров. Воин­ст­вен­ные дети Лето защи­ща­ли ее от всех напа­док и оскорб­ле­ний (напри­мер, со сто­ро­ны Нио­бы и Тития).

 

ЦИТАТЫ ИЗ КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЛЕТО

Гесиод. Теогония. 404-411. (Источник: Эллинские поэты VIII – III вв. до н. э. / Перевод В. В. Вересаева. – М.: Ладомир, 1999. – С. 37) (греческий эпос 8-7 вв. до н. э.):

 

«[Титанида] Феба же к [титану] Кою вступила на многожеланное ложе

И, восприявши во чрево, – богиня в объятиях бога, –

Черноодежной Лето разрешилася, милою вечно,

Милою искони, самою кроткой на целом Олимпе,

Благостной к вечноживущим богам и благостной к людям.

Благоименную также она родила Астерию, –

Ввел ее некогда Перс во дворец свой, назвавши супругой.

Эта, зачавши, родила Гекату…»

 

Псевдо-Аполлодор. Мифологическая библиотека. Книга I. II (2). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 6) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«От титанов родились потомки… от Кея и Фебы – Астерия и Лето…»

 

Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга V. Глава 67 (2). (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):

«Дочерью Коя и Фебы была Лето…»

 

Псевдо-Гигин (общее имя для неизвестных античных авторов-мифографов 2 века н. э.) Мифы. <Введение.> Генеалогии. 10. (Источник: Гигин. Мифы. / Пер. Д. О. Торшилова под общ. ред. А. А. Тахо-Годи. — 2-е изд., испр. — СПб.: Алетейя, 2000. – С. 5):

 

«От Полоса [Коя] и Фебы [родились] – Латона, Астерия…»

 

Овидий. Метаморфозы. Книга шестая. 185-186. (Источник: Публий Овидий Назон. Метаморфозы / Перевод с латинского С. В. Шервинского. – М.: Художественная литература, 1977) (римский эпос 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

 

«[Ниоба:] Не понимаю, как вы порожденную Кеем-титаном

Смеете мне предпочесть – Латону…»

 

ЛЕТО И РОЖДЕНИЕ АПОЛЛОНА И АРТЕМИДЫ

 

Гомер. Илиада. Песнь первая. Язва. Гнев. 9. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 23) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

«Сын громовержца [Зевса] и Леты – Феб [Аполлон], царем прогневленный…»

 

Гомер. Илиада. Песнь четырнадцатая. Обольщение Зевса. 326-327. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 243) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«[Зевс рассказывает Гере о тех, в кого влюблялся:]

Так не любил я, пленясь лепокудрой царицей Деметрой,

Самою Летою славной, ни даже тобою, о Гера!»

 

Гомер. Одиссея. Песнь одиннадцатая. 318. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 548) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«… Сын громовержца, Латоной рожденный [Аполлон]…»

 

Гесиод. Теогония. 918-920. (Источник: Эллинские поэты VIII – III вв. до н. э. / Перевод В. В. Вересаева. – М.: Ладомир, 1999. – С. 48) (греческий эпос 8-7 вв. до н. э.):

 

«С Зевсом эгидодержавным в любви и Лето сочеталась.

Феба она родила с Артемидою стрелолюбивой;

Всех эти двое прелестней меж славных потомков Урана».

 

Гомеровские гимны. I. К Аполлону Делосскому. 2-139. (Источник: Эллинские поэты VIII – III вв. до н. э. / Перевод В. В. Вересаева. – М.: Ладомир, 1999. – С. 125-128) (греческий эпос 7-4 вв. до н. э.):

«По дому Зевса пройдет он – все боги и те затрепещут.

С кресел своих повскакавши, стоят они в страхе, когда он

Ближе подступит и лук свой блестящий натягивать станет.

Только Лето остается близ молнелюбивого Зевса;

Лук распускает богиня и крышкой колчан закрывает,

С Фебовых плеч многомощных оружье снимает руками

И на колок золотой на столбе близ седалища Зевса

Вешает лук и колчан; Аполлона же в кресло сажает.

В чаше ему золотой, дорогого приветствуя сына,

Нектар отец подает. И тогда божества остальные

Тоже садятся по креслам. И сердце Лето веселится,

Радуясь, что родила луконосного, мощного сына.

Что же мне спеть о тебе? Песнопений во всем ты достоин.

Спеть ли, как смертных утеха, Лето, тебя на свет родила,

К Кинфской горе прислонясь, на утесистом острове бедном

Делосе, всюду водою омытом? Свистящие ветры

На берег гнали с обеих сторон почерневшие волны.

Выйдя оттуда, над всеми ты смертными властвуешь ныне.

Родами мучаясь, Крит посетила Лето и Афины,

Остров Эгину, Евбею, страну моряков знаменитых,

Морем омытый кругом Пепареф и Пейреские Эги,

Также Фракийский Афон, Пелиона высокие главы,

Самофракию и тенью покрытые Идские горы,

Скирос, Фокею, крутые высоты горы Автоканы,

Благоустроенный Имброс и Лемнос труднодоступный,

Эолиона Макара обитель, божественный Лесбос,

Хиос, тучнейших из всех островов, расположенных в море,

И каменистый Мимант, и высокие главы Корика,

Кларос блестящий, крутые высоты горы Эсагеи,

Самос, богатый водою, высокие главы Микале,

Коос, город людей меропийских, Милет и высоко

Вверх возносящийся Книд, и Карпаф, от ветров не закрытый,

Рению, остров с землей каменистой, и Наксос, и Парос –

Все их Лето обошла, собираясь родить Дальновержца,

Всех опросила, не хочет ли кто стать родиной сыну.

Но трепетали все земли от страха, никто не решился

Фебу [Аполлону] пристанище дать, хоть и были они плодородны.

В Делос пришла наконец каменистый Лето пречестная

И, обратившись к нему, окрыленное молвила слово:

«Делос! Не хочешь ли ты, чтоб имел тут пристанище сын мой,

Феб-Аполлон, чтобы храм на тебе был основан богатый?

Вряд ли тобою другой кто прельстится иль почесть окажет:

Думаю я, ни овцами ты не богат, ни быками,

Зелень скудна на тебе и плодов никаких не родится.

Если же будешь ты храм Аполлона иметь Дальновержца,

Станут все люди на остров сюда пригонять гекатомбы,

Жертвенный дым без конца над тобою начнет подниматься…

………………….

Если б ты только кормил их, владыка, имели бы боги…

…………………

От посторонней руки: под почвой твоею нет жира».

Так говорила. И радостно Делос богине ответил:

«Верь мне, Лето, многославная дочерь великого Коя:

С радостью принял бы я Дальновержца-владыки рожденье,

Ибо ужасно я сам по себе для людей неприятен.

После же этого все бы почет мне оказывать стали.

Сильно, однако, – не скрою, богиня, – страшат меня слухи:

Больно уж будет рожденный тобой Аполлон, как я слышал,

Неукротим и суров, и великая власть над богами

И над людьми ожидает его на земле хлебодарной.

Вот я чего опасаюсь ужасно умом и душою:

Ну как, сияние солнца впервые увидев, презреньем

К острову он загорится, – скалиста, бедна моя почва, –

И в многошумное море меня опрокинет ногами.

Будут бежать чередой непрерывной высокие волны

Там над моей головою. А он себе больше по вкусу

Землю найдет, чтобы храм заложить и тенистые рощи.

Черные вместо людей лишь тюлени одни да полипы

Гнезда и домики будут на мне возводить безобидно.

Если б, однако, посмела ты клятвой поклясться великой,

Что благолепнейший храм свой на мне он воздвигнет на первом

Для провещания божьих велений, и после того лишь…

………………

Всюду, меж всеми людьми. Ибо много имен он имеет».

И поклялася Лето великою клятвой бессмертных:

«Этой Землею клянуся и Небом широким над нами,

Стикса подземно текущей водой, – меж богов всеблаженных

Клятвою, самой ужасной из всех и великою самой:

Истинно Фебов душистый алтарь и участок священный

Вечно останутся здесь, и почтит он тебя перед всеми».

После того как она поклялась и окончила клятву,

С радостью роды царя Дальновержца приветствовал Делос.

Девять уж мучилась дней и ночей в безнадежно тяжелых

Схватках родильных Лето. Собралися вокруг роженицы

Все наилучшие между богинь: Ихнея-Фемида,

Рея, шумящая плесками волн Амфитрита, Диона,

Также другие. Лишь не было там белолокотной Геры.

Да ни о чем не слыхала Илифия, помощь родильниц:

Под облаками златыми сидела она на Олимпе;

Хитростью там удержала ее белокурая Гера,

Злобой ревнивой горя, потому что могучего сына

На свет родить предстояло в то время Лето пышнокудрой.

С острова спешно богини послали Ириду с приказом,

Чтобы Илифию к ним привела, обещав ожерелье

Длинное, в девять локтей, золотое, из зерен янтарных.

Но приказали богиню позвать потихоньку от Геры,

Чтобы словами ее, как пойдет, не вернули обратно.

Только сказали они ветроногой и быстрой Ириде, –

Та побежала и вмиг через все пронеслася пространство.

Быстро примчавшись в обитель богов на высоком Олимпе,

Вызвала тотчас Ирида Илифию вон из чертога

И с окрыленными к ней обратилась словами, сказавши

Все, что сказать олимпийские ей приказали богини,

И убедила Илифии душу в груди ее милой.

Обе помчались, походкой подобные робким голубкам.

Только ступила на Делос Илифия, помощь родильниц,

Схватки тотчас начались, и родить собралася богиня.

Пальму руками она охватила, колени уперла

В мягкий ковер луговой. И под нею земля [Делоса] улыбнулась.

Мальчик же выскочил на свет. И громко богини вскричали.

Тотчас тебя, Стреловержец, богини прекрасной водою

Чисто и свято омыли и, белою тканью повивши, –

Новою, сделанной тонко, – ремнем золотым закрепили.

Груди своей не давала Лето златолирному Фебу:

Нектар Фемида впустила в нетленные губы младенца

Вместе с амвросией чудной. И сердцем Лето веселилась,

Радуясь, что родила луконосного, мощного сына.

После того как вкусил ты, владыка, от пищи бессмертной,

Бурных движений твоих не сдержали ремни золотые,

Слабы свивальники стали, и все распустились завязки.

Тотчас же Феб-Аполлон обратился к бессмертным богиням:

«Пусть подадут мне изогнутый лук и любезную лиру.

Людям начну прорицать я решенья неложные Зевса!»

Молвивши так, зашагал по земле неиссчетнодорожной

Феб длинновласый, далеко стреляющий. Все же богини

Остолбенели. И весь засиял, словно золотом, Делос:

Так покрываются гор возвышенья лесными цветами».

 

 

Гомеровские гимны. I. К Аполлону Делосскому. 177-178. (Источник: Эллинские поэты VIII – III вв. до н. э. / Перевод В. В. Вересаева. – М.: Ладомир, 1999. – С. 129) (греческий эпос 7-4 вв. до н. э.):

 

«Я же хвалить не устану метателя стрел Аполлона,

Сына Лето пышнокудрой, владыку с серебряным луком».

 

Гомеровские гимны. XXVII. К Артемиде. 1-2, 18-21. (Источник: Эллинские поэты VIII – III вв. до н. э. / Перевод В. В. Вересаева. – М.: Ладомир, 1999. – С. 173) (греческий эпос 7-4 вв. до н. э.):

 

«Песня моя – к златострельной и любящей шум Артемиде…

Одноутробной сестре златолирного Феба-владыки.

И пеньем бессмертным богини

Славят честную Лето, как детей родила она на свет,

Между бессмертными всеми отличных умом и делами.

Радуйтесь, дети Кронида-царя и Лето пышнокудрой!»

 

Феогнид. Элегии. 5-10. (Источник: Эллинские поэты VIII – III вв. до н. э. / Перевод С. Апта, В. Вересаева. – М.: Ладомир, 1999. – С. 254) (греческий поэт 6 в. до н. э.):

 

«Феб-Аполлон – повелитель, прекраснейший между богами!

Только лишь на свет тебя матерь-Лето родила

Близ круговидного озера, пальму обнявши руками, –

Как амвросический вдруг запах широко залил

Делос бескрайний. Земля-великанша светло засмеялась,

Радостный трепет объял море до самых глубин».

 

Пиндар. Немейские песни. 6. <«Бассиды»>. Алкимиду Эгинскому. 37. (Источник: Пиндар, Вакхилид. Оды. Фрагменты / Издание подготовил М. Л. Гаспаров. – М.:Наука, 1980. – С. 136) (греческая лирика 5 в. до н. э.):

«…Угодил победою отпрыскам Латоны, чья из золота стрела…»

 

Пиндар. Отрывки. II. Гимны. 29-35. Гимн Зевсу для фиванцев. 33с=87; 33d=88. (Источник: Пиндар, Вакхилид. Оды. Фрагменты / Издание подготовил М. Л. Гаспаров. – М.:Наука, 1980. – С. 185-186) (греческая лирика 5 в. до н. э.):

 

«…Радуйся, богозданный остров [Делос],

Поросль, желанная для детей Латоны, в чьих косах – блеск,

Порождение моря,

Недвижимое чудо широкой земли,

От людей именуемое Делосом,

А от блаженных олимпийцев – Звездою,

Далеко сияющей по синей земле…

…Некогда носимый

Валами и вихрями ото всех сторон,

Принял он дочь Кея [Лето],

Гонимую подступающими муками родов.

Четыре столпа

Воздвиглись тогда от земных корней,

Упираясь адамантовыми подошвами,

Чтобы теменем своим удержать скалу.

Там и явилось ей

Благодатное ее порождение…»

 

Пиндар. Отрывки. IX. Френы. 139. (Источник: Пиндар, Вакхилид. Оды. Фрагменты / Издание подготовил М. Л. Гаспаров. – М: Наука, 1980. – С. 214):

«Есть для детей Латоны о золотом веретене

Пеаны – урочные песни…»

 

Вакхилид. Песнь 11, пифийская. <«Претиды»>, Алексидаму Метапонтскому. 16-17. (Источник: Пиндар, Вакхилид. Оды. Фрагменты / Издание подготовил М. Л. Гаспаров. – М: Наука, 1980. – С. 250) (5 в. до н. э.):

«Встретил его

Делосский сын полногрудой Латоны…»

 

Псевдо-Аполлодор. Мифологическая библиотека. Книга I. IV (1). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 7) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«Из дочерей Кея Астерия, приняв образ перепелки, кинулась в море, чтобы избежать преследований Зевса, хотевшего с ней сойтись (ее именем вначале был назван город Астерия, который позднее стал именоваться Делос). Богиню же Лето, сошедшуюся с Зевсом, Гера преследовала по всей земле, пока та, придя на остров Делос, не родила вначале Артемиду, а с помощью Артемиды она затем родила Аполлона».

 

Гимны Каллимаха. III. К Артемиде. 20-25. / Перевод С. С. Аверинцева. / (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 149) (греческий поэт 3 в. до н. э.):

«Жить на высях я [Артемида] буду, людей, города навещая

Только по зову рожающих жен, что в пронзительных муках

Станут ко мне вопиять, мне в удел сужденные первый

Мойрою [Судьбой]; им я должна помогать и нести избавленье,

Ибо не ведала мук, нося меня и рождая,

Мать, но безбольно на свет из родимой явила утробы».

 

Гимны Каллимаха. III. К Артемиде. 72-75. / Перевод С. С. Аверинцева. / (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 150) (греческий поэт 3 в. до н. э.):

 

«Ты же, о Дева [Артемида], и прежде, трехлетней еще, не страшилась

Было: Лето на руках принесла тебя в гости к Гефесту,

Что тебя пожелал повидать, одарив для знакомства.

Здесь на крепких тебя Бронтей [Циклоп] лелеял коленях…»

 

Гимны Каллимаха. IV. К острову Делосу. 51-265. / Перевод С. С. Аверинцева. / (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 157-162) (греческий поэт 3 в. до н. э.):

«Но когда для рожденья дала ты Фебова место [остров Астерия или Делос],

Новое имя в награду тебе нарекли мореходы,

Ибо уже ты не бродишь по смутным путям, но в пучине

Бурных Эгеевых вод пустила глубокие корни.

Не убоялася ты и грозившей Геры. Богиня

Гневалась страшно на жен, что чад зачинали от Зевса,

Пуще всего – на Лето: суждено той было единой

Сына родить, что будет отцу любезней Ареса.

На дозорных она высотах пребывала в эфире,

Так ярясь, что и молвить нельзя, и Лето заграждая,

Мукой язвимой, стези; меж тем к земле крепкозданной

Двух приставила стражей она. Озирая прилежно

Весь материк, на вершине воссел фракийского Гема

Буйный Apec, облеченный в доспех; к дороге готовы,

Кони ждали его в седьмидомном Бореевом гроте.

А крутосклонные все острова поручены были

Дщери Фавмантовой [Ирис] рвенью, на выси взлетевшей Миманта.

Оба они дожидались, к какому граду направит

Путь свой Лето, и, грозя, ее принять возбраняли.

В страхе бежала Аркадия вся, бежала святая

Авги гора, Парфении, и вспять Феней обратился,

Вся бежала Пелопа земля, что простерлась до Истма,

Кроме Аргоса лишь с Эгиалом; туда не ступали

Ноги Лето, затем что над Инахом Гера владычит.

Тем же страхом гонима, бежала Аония [Беотия]; следом

Дирка со Строфией купно спешили; на них опирался

Чернокремнистый отец Исмен; и медлительным ходом

Тек, отставая от них, Асоп, что перуном расслаблен.

Мелия, нимфа тех мест, плясунья, думать забыла

О хороводах, и бледность покрыла робкой ланиты,

Ибо страшилась она за дуб соприродный, увидев,

Как сотряслась Геликонова грива.

Гневом вспыхнул меж тем во чреве еще материнском

Царь Аполлон и Фивам прорек ужасное слово:

«Фивы, к чему искушать вы свою хотите судьбину?

Не принуждайте меня, о злосчастные! – ныне пророчить,

Нет ведь еще и в Пифо у меня треножных седалищ…

Что ж, бегите скорей! Нагоню я вас, омывая

Стрелы в крови; потомство жены преступноречивой

[оскорбившей Лето Ниобы, дети которой были убиты Аполлоном и Артемидой]

Пестовать будете вы – но меня ни вам не лелеять,

Ни Киферону вовек; я, чистый, вверюсь лишь чистым!»

Так он сказал; и снова Лето в блужданья пустилась

Но когда отвергли приход сей гостьи все грады

Края Ахейского, как и Гелика, град Посейдонов,

И Ойкиада, приют Дексамена, сельская Бура, –

Путь обратила она к Фессалии. Кинулись в бегство

И Анавр и Ларисса, а с ними Хироновы горы.

И Пенея поток, по Темпейскому долу бегущий.

Все же в груди у тебя, о Гера! жестокое сердце

Не умягчалось нисколь, когда Лето воздымала

Обе в моленье руки, понапрасну речи вещая:

«О фессалийские нимфы, о дщери потока! Просите

Все вы, касаясь брады родительской, да успокоит

Волны отец, чтобы Зевсовых чад в водах я родила.

Фтийский Пеней, для чего, отец, ты с ветрами споришь?

Не на ристалище мы, и нет коня под тобою.

Молви: всегда ль у тебя так ноги легки? Или только

Из-за меня убыстрились они? Как будто крылами

Некто тебя наделил! Не внемлет! О мое бремя,

Где сложу я тебя? Нет в теле крепости больше!

Или помедли хоть ты, Пелион! Помедли, Филиры

Брачный чертог! Ведь нередко на высях твоих и на склонах,

Яростных чад породив, от мук разрешаются львицы».

Слезы лия, такою Пеней ответствовал речью:

«Власть велика у богини Неволи [Ананке], Лето! Не отвергнул

Я бы тебя, госпожа; и другие жены, родивши,

Знаю, в водах моих омывались. Но страшно грозит мне

Гера! Ты только взгляни, какой боец на дозорных

Ныне высотах воссел; без труда он вконец изничтожит

Струи мои! На что ж я решусь? Пенея погибель

Даст ли радость тебе? Так пусть свершится судьбина!

Ради тебя я постражду, Лето, хотя бы пришлось мне

Вовсе иссякнуть, вконец умалиться, навеки погибнуть

И перед реками всеми лишиться славы и чести!

Так, я готов; что нужно еще? Зови Илифию!»

Молвил, и мощный сдержал он поток; но Apec, воспылавши,

Выси Пангея решил до корней из почвы изринуть,

В воздух поднять, на реку повергнуть и струи засыпать.

Загрохотал он с высот и в щит ударил ужасным

Жалом копья – и бранные звоны окрест огласили

Оссу крутую и дол Краннона, отдавшися эхом

В ветреных Пинда вершинах; Фессалия в страхе великом

Вся подскочила; столь грозно звучал его щит меднозданный.

Все же Пеней не стал убегать, но с прежней отвагой

Ждал поначалу врага, сдержав проворные воды,

Слов покуда таких Лето не вещала: «Спасайся

Во благовременье, отче! Спасайся, да зла не претерпишь

Ты за ласку твою, которой вовек не забуду!»

Молвила так – и направила путь, устав от скитаний,

К мореобъятым она островам; но ее отвергали

Как Эхинады, отрадный приют дающие судну,

Так и Коркира, что любит гостей и встречает отменно, –

Ибо всем им с высот Миманта грозила Ирида,

Яростью в дрожь приводя; они же, окрику внявши,

Все разбегались по морю, едва Лето подходила.

После к древнему Косу, к Меропову острову бег свой

Устремила она, к священной земле Халкиопы,

Но удержало ее сыновнее [т. е. Аполлона в утробе] слово: «Не должно,

Матерь, рожать меня здесь! Пусть мил сей остров и славен,

Пусть изобильем гордится пред всеми он островами;

Но приговором судеб ему бог иной обетован…

Так; со временем ты похвалишь провидца, что ныне

В чреве глаголет родном! А ты мужайся, о матерь:

Видишь, в волнах морских невеликий остров приметен,

Что плывет над зыбями, в земле же корней не имеет,

Словно побег асфодели, гоним повсюду теченьем,

Будь то к Евру иль Ноту, куда ни стремится пучина.

Вот к нему и ступай – и нам прибежище будет!»

Так он вещал; между тем острова разбегались по морю,

Но приближалася ты, Астерия, милая песне,

Вспять от Евбеи спеша повидать Киклады скорее:

Водоросль из Герэста еще на тебе повисала.

Все поняв, сдержала ты бег и стала недвижно,

И провещала Гере самой дерзновенное слово,

В тяжких томлениях видя богиню перед собою:

«Гера, что хочешь со мною твори, но я преступила

Ныне запрет. Ко мне, о Лето! Ко мне! Поспеши же!»

Кончила ты; она же, предел узревши блужданьям,

Села подле Иноповых струй, что из недр подземельных

Брызжут всего полноводней тогда, когда разольется

Нил, от высот Эфиопских гоня изобильную влагу.

Пояс расторгла она, а плечи свои прислонила

К древу пальмы, вконец ослабев от натиска жгучих

Болей, и хладный пот по коже ее заструился.

Громко стенала она: «Что матерь терзаешь, о сын мой?

Чадо, вот ведь и остров тебе нашелся плавучий.

Сын мой, рождайся скорей! И кроток выйди из чрева».

Но и ты оставалась недолго неизвещенной,

Ярая Зевса супруга; к тебе внеслась, запыхавшись,

Вестница и начала, к словам боязнь примешавши:

«Гера, моя госпожа, средь богинь высочайшая саном!

Ныне пояс Лето на земле островной развязала!

Все острова отвергали ее, устрашенные мною:

Только Астерия смела ее по имени кликать,

Только Астерия, моря отребье; ты наглую знаешь.

Но Гера промолвила мрачно [Ириде]:

«Так-то, срамницы Зевеса, любитесь без чести, без славы

Чад являйте на свет – не там, где и низким рабыням

Корчиться в родах дано, но где одни лишь тюлени

Малых детенышей мечут, на бреге пустом и безлюдном.

Все же не гневаюсь я на Астерию за прегрешенье

Дерзкое и не намерена впредь ей кары готовить,

Хоть заслужила она, Лето приютив беззаконно!

Все же ее особливо я чту; ведь она не сквернила

Ложа вовек моего, но в пучину сокрылась от Зевса».

Слово она изрекла; меж тем певцы Аполлона,

Лебеди, кинув Пактол Меонийский, семь сотворили

Плавных кругов над Делосской землей, и славили звонко

Дивные роды они той песнью, что всех сладкогласней.

Вот потому и к лире своей приладил рожденный

Столько же струн, сколько раз при рожденье лебеди спели.

Песни восьмой не успели начать они, как из чрева

Он явился, и грянули в лад делосские нимфы,

Древней чада реки, Илифию зовя, и медяный

В высях ответил эфир, зазвенев от зычного гласа.

Даже и Гера не гневалась ныне, склоненная Зевсом.

Стала златою окрест, Астерия, вся твоя почва,

Стали златыми листы осенившей роды маслины,

Стали златыми струи виющего русло Инопа.

Ты же [Астерия] сама подняла с земли озлащенной младенца,

К персям своим приложила…»

 

Страбон. География. Книга X. 5. 2. (Источник: Страбон. География / Пер. Г. А. Стратановского. — М.: Наука, 1964. – С. 445) (греческий географ 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

 

 

«Издавна, начиная с героических времен, Делос благодаря названным богам был окружен почетом, ибо миф рассказывает, что Латона избавилась от родовых мук, произведя там на свет Аполлона и Артемиду.

Некогда Делос носился по морю,

говорит Пиндар,

Волнам и каждого ветра порыву подвластен,

Но когда Кеоса дщерь [Лето], от мук родовых обезумев,

К брегу его прикоснулась ногою,

Тотчас подъялись четыре столпа,

Прямо от корней земных на стальном основании

И на вершинах держали огромную глыбу.

Здесь она, матерью став, узрела благое потомство».

 

Страбон. География. Книга XIV. 1. 20. (Источник: Страбон. География / Пер. Г. А. Стратановского. — М.: Наука, 1964. – С. 598) (греческий географ 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

 

«На самом этом побережье [т. е. около Эфеса в Малой Азии], несколько выше моря, находится Ортигия – замечательный парк из разнообразных деревьев, в большинстве кипарисов. Через парк протекает река Кенхрий, где, как говорят, Латона купалась после родов. Ибо сюда миф переносит разрешение ее от бремени, сцену с кормилицей Ортигией и священное место, где произошли роды, маслину, под которой, как говорят, богиня в первый раз отдыхала после родовых мук. Над рощей возвышается гора Сольмисс, где, по преданию, стояли куреты и бряцанием своего оружия напугали Геру, которая из ревности подстерегала родильницу, и помогли Латоне скрыть рождение детей».

 

Страбон. География. Книга XIV. 1. 20. (Источник: Страбон. География / Пер. Г. А. Стратановского. — М.: Наука, 1964. – С. 598) (греческий географ 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

«Арат [греческий поэт 3 в. до н. э.] в своих «Мелких стихотворениях» также указывает на их [жителей острова Гиарос] бедность:

О, Латона, тотчас с Фолегандром схожей железным,

Мимо меня ты пройдешь [в поисках места, чтобы родить Аполлона], Гиаросу жалкому равной».

 

Павсаний. Описание Эллады. Книга I. Аттика. XVIII. 5. (Источник: Павсаний. Описание Эллады /Пер. С. П. Кондратьева под ред. Е. Никитюк. Пред. Э. Фролова. СПб.: Алетейя, 1996) (греческое повествование о путешествии 2 в. н. э.):

 

«[В Афинах] сооружен храм Илитии, которая, говорят, пришла из страны гипербореев на Делос помочь Латоне в ее родовых муках».

 

Павсаний. Описание Эллады. Книга I. Аттика. XXXI. 1. (Источник: Павсаний. Описание Эллады /Пер. С. П. Кондратьева под ред. Е. Никитюк. Пред. Э. Фролова. СПб.: Алетейя, 1996) (греческое повествование о путешествии 2 в. н. э.):

«… На Зостере [в Аттике], у моря – жертвенник Афины и Аполлона, Артемиды и Латоны. Говорят, что Латона не родила здесь детей, но, как собирающаяся родить, развязала свой пояс и потому этому месту дано это имя».

 

Павсаний. Описание Эллады. Книга VIII. Аркадия. LIII. 1. (Источник: Павсаний. Описание Эллады /Пер. С. П. Кондратьева под ред. Е. Никитюк. Пред. Э. Фролова. СПб.: Алетейя, 1996) (греческое повествование о путешествии 2 в. н. э.):

 

«[Тегеаты] рассказывают, что Аполлон и Артемида ходили по всей стране и наказывали людей, которые не оказали никакого внимания Латоне в то время, когда она, беременная ими, блуждая по всей земле, пришла в эту страну».

 

Квинт Смирнский. После Гомера. Книга одиннадцатая. 20-26. (Источник: Квинт Смирнский. После Гомера / Вступ. ст., пер. с др. греч. яз., прим. А. П. Большакова. М.: Русский фонд содействия образованию и науке, 2016. – 320 c. – С. 208) (греческий эпос 4 в. н. э.):

 

«…Повергнут был Лаодамант, чье в далекой

Ликии детство прошло у брегов несравненного Ксанфа:

людям поток сей Лето – громовержца Кронида супруга

в прежние дни даровала, скалистую Ликии славной

всю исцарапав равнину, когда от жестокой при родах

мучилась боли она и в священных страданиях тела

славному между бессмертными жизнь подарила потомству».

 

Клавдий Элиан. О мире животных. Книга IV. 4. / Переводчик: Агностик. (Источник: Симпосий, сайт об античной литературе, античной истории и людях античности ) (древнеримский писатель и философ 2-3 вв. н. э.):

«Волки рожают своих детёнышей не когда хотят, а только двенадцать дней и двенадцать ночей, ибо народ Делоса утверждает, что это то время, которое Лето потратила на путешествие от гиперборейцев на Делос».

 

Клавдий Элиан. Пёстрые рассказы. Книга V. 4. (Источник: Элиан. Пестрые рассказы. — М.-Л.: Издательство Академии наук СССР, 1963) (древнеримский писатель и философ 2-3 вв. н. э.):

 

«Как рассказывает делосское сказание, на этом острове росли масличное дерево и финиковая пальма; Латона ухватилась за них руками и тотчас разрешилась от бремени – до этого ей было не разродиться».

 

Псевдо-Гигин (общее имя для неизвестных античных авторов-мифографов 2 века н. э.) Мифы. 53. Астерия. (Источник: Гигин. Мифы. / Пер. Д. О. Торшилова под общ. ред. А. А. Тахо-Годи. — 2-е изд., испр. — СПб.: Алетейя, 2000. – С. 74):

 

«Когда Юпитер [Зевс] полюбил титаниду Астерию, она его отвергла. Он превратил ее в птицу ортикса, которую мы называем перепелкой, и бросил в море. Из нее появился остров, который был назван Ортигией. Он был плавучим. Потом по приказу Юпитера ветер Аквилон [Борей] перенес на него Латону [Лето], тогда, когда ее настигал Пифон, и там Латона, держась за оливу, родила Аполлона и Диану [Артемиду]. Этот остров потом стал называться Делосом» [Борей, вероятно, перенес Лето на Делос из Гипербореи].

 

Псевдо-Гигин (общее имя для неизвестных античных авторов-мифографов 2 века н. э.) Мифы. 140. Пифон. (Источник: Гигин. Мифы. / Пер. Д. О. Торшилова под общ. ред. А. А. Тахо-Годи. — 2-е изд., испр. — СПб.: Алетейя, 2000. – С. 171-173):

 

«Пифон, сын Земли [Геи], огромный дракон. Он до Аполлона давал прорицания на горе Парнас. Ему была суждена гибель от потомства Латоны [Лето]. В это время Юпитер [Зевс] возлег с Латоной, дочерью Полоса [Кея]. Когда Юнона [Гера] узнала это, она сделала, чтобы Латона рожала там, куда не доходит солнце. Когда Пифон узнал, что Латона беременна от Юпитера, он стал преследовать ее, чтоб убить. А Латону по велению Юпитера ветер Аквилон [Борей] поднял и принес к Нептуну [Посейдону]. Тот охранял ее и, чтобы не нарушить установленного Юноной, перенес на остров Ортигию и закрыл этот остров волнами. Поэтому Пифон не нашел ее и вернулся на Парнас. А Нептун вернул остров Ортигию наверх и потом он стал называться Делосом. На нем Латона, держась за оливу, родила Аполлона и Диану [Артемиду], которым Вулкан [Гефест] принес в подарок стрелы. На четвертый день после того, как они родились, Аполлон отомстил за мать: он пришел на Парнас, убил стрелами Пифона (отчего стал называться Пифийским), положил его кости в треножник, который поставил в своем храме, и установил в его честь погребальные игры, которые называются пифийскими».

 

Овидий. Метаморфозы. Книга шестая. 185-192. (Источник: Публий Овидий Назон. Метаморфозы / Перевод с латинского С. В. Шервинского. – М.: Художественная литература, 1977) (римский эпос 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

 

«Не понимаю, как вы порожденную Кеем-титаном

Смеете мне предпочесть – Латону [Лето], которой для родов

Даже великой землей в ничтожном отказано месте.

Небо, земля и вода – все вашу отвергло богиню.

В мире скиталась, пока над блуждавшей не сжалился Делос:

«Странницей ты по земле блуждаешь, я же – по морю», –

Остров сказал и приют неустойчивый ей предоставил.

Стала там матерью двух…»

 

Овидий. Метаморфозы. Книга шестая. 331-336. (Источник: Публий Овидий Назон. Метаморфозы / Перевод с латинского С. В. Шервинского. – М.: Художественная литература, 1977) (римский эпос 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

 

«Юноша, этот алтарь – не горного бога обитель.

Жертвенник той [Лето] посвящен, которой царица супруга [Гера]

Все заказала моря; лишь Делос блуждающий принял

Странницу, – в те времена сам плавал он, остров подвижный.

Там-то Латона легла под Палладиным [богини Афины] древом и пальмой

И породила на свет неугодную мачехе двойню».

 

Овидий. Метаморфозы. Книга тринадцатая. 634-635. (Источник: Публий Овидий Назон. Метаморфозы / Перевод с латинского С. В. Шервинского. – М.: Художественная литература, 1977) (римский эпос 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

 

«Город [Делос] он им показал и святыни – дары посвященья:

Два показал им ствола, что Латона [Лето] при родах [Аполлона] держала».

 

Вергилий. Георгики. Книга третья. 6. (Источник: Вергилий. Буколики. Георгики. Энеида / Перевод с латинского С. А. Ошерова. (Серия «Библиотека всемирной литературы», т. 6). – М.: Художественная литература, 1971. – С. 92) (римский поэт 1 в. до н. э.):

 

«Кем [из поэтов] не воспет был… Делос Латонин?»

 

Сенека. Геркулес в безумье. 452-453. (Источник: Луций Анней Сенека. Геркулес в безумье / Перевод С. А. Ошерова / Луций Анней Сенека. Трагедии. — М.: Наука, 1983. — С. 127-128) (римская трагедия 1 в. н. э.):

 

«Лик

Но [Аполлон] не бродил по всей земле изгнанником…

Амфитрион

Рожден беглянкой [Лето] на земле-скиталице?»

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь IV. 166-170. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 44) (греческий эпос 5 в. н. э.):

 

«Ибо и Гера богиня, высей владычица горних,

Так была недовольна соложницами Зевеса,

Что и Европу гнала и к скитаньям Ио принуждала!

Да и богинь не щадила: не из-за гнева ль родимой

Гнал Арей и Лето, что родить была уж готова!»

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь VIII. 78-79. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 85) (греческий эпос 5 в. н. э.):

 

«Что ж ты, Гера, спокойна? С ложа Лето ненавистной

Ты погнала Аполлона…»

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь VIII. 134-149. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 86-87) (греческий эпос 5 в. н. э.):

 

«Что мне [Гере] званье богини, когда какою-то смертной

Зевс уведен, отторгнуть коего мать Аполлона [Лето]…

Даже богини браком полностью не насладилась!

Даже Лето, понесши во чреве, долго скиталась

По островам округлым, на месте отнюдь не стоящим,

По зыбям беспокойным негостеприимного моря,

Только с великим трудом смогла разродиться у пальмы…

Столько Лето страдала — помощи не было мужа [Зевса]!»

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь IX. 214-216. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 98) (греческий эпос 5 в. н. э.):

 

«…Ведь Феба

Втайне миру явила Лето, богиня-беглянка!

Феба Лето рожала — вовсе не вышний Кронион!»

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь XXVII. 261-273. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 270-271) (греческий эпос 5 в. н. э.):

 

«[Зевс обращается к Аполлону:]

Вечно она [Гера] и мое преследует любвеобилье

И потомков вне брака рожденных! Мне ведь негоже

Поминать о мученьях матери: бремя двойное

В чреве нося, скиталась Лето богиня по миру,

Изнуряема мукой родов неразрешенной,

Отступились Пенея волны, и Дирка отвергла

Матерь твою, и Асопа; обратилися в бегство

Зыби, реки, что теченье без конца замедляют,

Делос доколе не принял матери и не помог ей,

И пока пальма с листвою ветхой не стала ей ложем…»

 

ЛЕТО И ЛИКИЙСКИЕ СЕЛЯНЕ

Антонин Либерал. Метаморфозы. XXXV. Пастухи [Рассказывает Менекрат из Ксанфа в «Истории Ликии» и Никандр]. (Источник: Антонин Либерал. Метаморфозы / Перевод с древнегреческого, вступительная статья и комментарии В. Н. Ярхо // ВДИ, 1997, № 3-4) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«Лето, родив Аполлона и Артемиду на острове Астерии, пришла в Ликию с детьми, чтобы омыть их в водах [реки] Ксанфа. И как только она оказалась в этой стране, прежде всего ей попался на пути источник Мелита, и она собиралась омыть детей в нем, прежде чем достигнет Ксанфа. Так как ее прогнали пастухи, чтобы напоить из источника быков, Лето покинула Мелиту и отправилась дальше. Встретившиеся ей волки приветствовали Лето, виляя хвостами, прислуживали ей в дороге и довели ее вплоть до реки Ксанфа. Напившись <здесь воды> и омыв детей, она посвятила реку Аполлону, а землю, называемую Тремилидой, переименовала в Ликию, в память о волках, которые провели ее по дороге. Затем она вернулась к источнику, чтобы наказать прогнавших ее пастухов. Они тогда еще мыли у источника своих быков. Лето превратила их всех в лягушек, и ударами тяжелого камня в бока и спину загнала всех в источник и велела им проводить жизнь в воде. И они до сих пор квакают по берегам рек и болот».

 

Овидий. Метаморфозы. Книга шестая. 317-381. (Источник: Публий Овидий Назон. Метаморфозы / Перевод с латинского С. В. Шервинского. – М.: Художественная литература, 1977) (римский эпос 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

«Молвил один: «Полей плодородных ликийских насельцы

Тоже, Латону [Лето] презрев, не остались когда то без кары.

Мало известно о том, – они были незнатные люди, –

Но удивительно все ж. Я озеро видел и место,

Чудом известное тем. Меня мой отец престарелый, –

Сам уж ходить он не мог, – послал отвести туда стадо

Лучших отборных коров, в провожатые дав мне ликийца,

Местного жителя. С ним выбираем мы пастбище вместе;

Видим меж тем: посреди озерка, почерневший от угля

Жертв, выступает алтарь, тростником окруженный дрожащим.

Стал и шепотом: «Будь ко мне благосклонна!» – промолвил

Мой провожатый, и я: «Будь ко мне благосклонна!» – промолвил.

Спрашивал я между тем, чей жертвенник – Фавна [Пана], наяд ли,

Местного ль бога, – и вот что тамошний передал житель:

«Юноша, этот алтарь – не горного бога обитель.

Жертвенник той посвящен, которой царица супруга [Гера]

Все заказала моря; лишь Делос блуждающий принял

Странницу, – в те времена сам плавал он, остров подвижный.

Там-то Латона легла под Палладиным [Афины] древом и пальмой

И породила на свет неугодную мачехе двойню.

И побежала опять от Юноны [Геры] родильница, молвят,

К груди прижавши, детей – бессмертных чету! – уносила.

В Ликию вскоре придя, – где явилась Химера , – под тяжким

Зноем, палившим поля, трудом утомленная долгим,

Солнцем сожженная, пить захотела беглянка богиня, –

Жадно меж тем молоко из грудей сосали младенцы.

Вдруг озерко с необильной водой в глубине увидала

Дола; жители сел ветвистую там добывали

Вербу и гибкий тростник с любезной болотам осокой.

Вот подошла и, колена согнув, опустилась Латона

Наземь, стремясь почерпнуть студеной струи и напиться.

Сельский народ не велит. К ним так обратилась богиня:

«Как же воды не давать? Достояние общее – воды.

В собственность воздух не дан никому от природы, ни солнце,

Ни водяные струи; у народного я достоянья!

Вcе же дать мне воды на коленях прошу; не пришла я

Этой водой омывать свое истомленное тело, –

Только напиться хочу. Нет влаги в устах говорящей,

И пересохла гортань, в ней голос; насилу проходит.

Нектаром будет глоток мне воды; я уверена, жизнь он

Мне возвратит: озерной струей вы мне жизнь даровали б.

Вы пожалейте и их, которые тянут ручонки

С груди моей!» И как раз тянулись ручонками дети.

Тронуть кого б не могли богинины кроткие речи?

Все же молящей они запрещать продолжают, к тому же –

Ежели прочь не уйдет – угрожают, ругаясь вдобавок.

Мало того: ногами они и руками взмутили

Озеро, с самого дна они подняли тину, нарочно

В воду туда и сюда с намереньем прыгая злостным.

Жажду гнев одолел: дочь Кея [Лето] теперь уж не молит

Их, недостойных, и слов, для богини чрезмерно смиренных,

Не повторяет уже. Вот, к звездам руки подъемля,

Молвит: «Будете жить вы вечно в озере этом!»

Воля богини сбылась; им нравится быть под водою,

То в глубину озерка всем телом своим погружаться,

То выступать головой; то по водной поверхности плавать,

Или сидеть иногда на прибрежии озера, или

В омут студеный нырять. Доныне они упражняют

В брани свой гнусный язык и, всякую совесть откинув,

Хоть и сидят под водой, и там все тщатся злословить.

Хриплым голос их стал: надувается вспухшая шея;

Сроду широкие рты от брани еще растянулись;

Головы с телом слились, а шея как будто исчезла;

Спинка у них зелена, а живот – часть главная – белый.

В тинистом омуте, – род новоявленный, – скачут лягушки!»

ЛЕТО И ГИГАНТ ТИТИЙ

Гомер. Одиссея. Песнь одиннадцатая. 576-581. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 554) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«Тития также увидел я [Одиссей в Аиде], сына прославленной Геи [Земли];

Девять заняв десятин под огромное тело, недвижим

Там он лежал; по бокам же сидели два коршуна, рвали

Печень его и терзали когтями утробу. И руки

Тщетно на них подымал он. Латону, супругу Зевеса,

Шедшую к Пифию, он осрамил на лугу Панопейском».

 

Псевдо-Аполлодор. Мифологическая библиотека. Книга I. IV (1). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 8) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«Титий же, прибыв в Пифо и увидев богиню Лето, охваченный страстью, стал тянуть ее к себе. Богиня позвала на помощь детей, и те расстреляли его из лука. Тития постигло наказание и после смерти: коршуны в Аиде клюют его сердце».

 

Аполлоний Родосский. Аргонавтика. Первая книга. 753-756. (Источник: Аполлоний Родосский. Аргонавтика / Перевод Н. А. Чистяковой. – М.: НИЦ «Ладомир», 2001. – С. 21) (греческий эпос 3 в до. н. э.):

 

«[Среди сцен, вышитых на плаще Ясона, подаренном Афиной:]

Выткан был Феб Аполлон, но не взрослый, а юноша сильный;

Стрелы метал он свои в ухватившего мать его дерзко

За покрывало ее могучего Тития, сына

Славной Элары, которого Гея [Земля] взяла и вскормила».

 

Гимны Каллимаха. III. К Артемиде. 110. / Перевод С. С. Аверинцева. / (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 151) (греческий поэт 3 в. до н. э.):

 

«О Артемида, о Дева, убийца Тития!»

 

Павсаний. Описание Эллады. Книга X. Фокида.XI. 1. (Источник: Павсаний. Описание Эллады /Пер. С. П. Кондратьева под ред. Е. Никитюк. Пред. Э. Фролова. СПб.: Алетейя, 1996) (греческое повествование о путешествии 2 в. н. э.):

 

«Жители Книда доставили в Дельфы статуи… и (группу) Латоны, Аполлона и Артемиды, пускающих стрелы в Тития; Титий уже (смертельно) ранен».

 

Квинт Смирнский. После Гомера. Книга третья. 392-398. (Источник: Квинт Смирнский. После Гомера / Вступ. ст., пер. с др. греч. яз., прим. А. П. Большакова. М.: Русский фонд содействия образованию и науке, 2016. – 320 c. – С. 83) (греческий эпос 4 в. н. э.):

 

«Дерзкий так Титий простерся, когда подходящей к Пифо он

вздумал Лето овладеть: сей же миг, преисполнившись гнева,

неукротимого жизни лишил Аполлон лучезарный

быстро летящей стрелою. На многие плетры сражённый

тот в луже крови своей по широкой Земле растянулся,

матерью бывшей ему, и вскричала над умершим Гея,

светлым богам ненавистным, на радость Лето досточтимой…»

 

Псевдо-Гигин (общее имя для неизвестных античных авторов-мифографов 2 века н. э.) Мифы. 55. Титий. (Источник: Гигин. Мифы. / Пер. Д. О. Торшилова под общ. ред. А. А. Тахо-Годи. — 2-е изд., испр. — СПб.: Алетейя, 2000. – С. 76):

 

«Поскольку Латона сочеталась с Юпитером, Юнона приказала Титию, сыну Земли, огромному исполину, совершить над Латоной насилие. Когда он попытался сделать это, Юпитер поразил его молнией. В подземном царстве он лежит, вытянувшись, как говорят, на девять югеров, и к нему приставлен змей, который выедает его печень, которая отрастает вместе с ростом луны».

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь IV. 331-333. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 48) (греческий эпос 5 в. н. э.):

 

«Видел он Тития город [Фокиду], где дерзкий отпрыск Аруры [Геи],

В чаще бродя Панопея пречистой, прекрасноветвистой,

Страстью пылая, с Лето срывал одеянья святые!»

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь XX. 71-74. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 202) (греческий эпос 5 в. н. э.):

 

«Стыдно мне появляться в домах отчего Зевса

Горних [на Олимпе], боюся гордыни Лето, что дрот мне покажет

Тот, что ложу богини защитою был от насилья

Тития, отпрыска Геи, пылавшего похотью ярой!»

 

ЛЕТО И ГИГАНТ ТИФОН

Антонин Либерал. Метаморфозы. XXVIII. Тифон [Рассказывает Никандр в книге IV «Превращений»]. (Источник: Антонин Либерал. Метаморфозы / Перевод с древнегреческого, вступительная статья и комментарии В. Н. Ярхо // ВДИ, 1997, № 3-4) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«Тифон возжелал захватить власть Зевса, и его натиску не мог противостоять никто из богов, но в страхе все бежали в Египет, остались только Афина и Зевс. Тифон преследовал богов по пятам, они же из предосторожности во время бегства изменили свою внешность в образы животных. И Аполлон стал коршуном [то есть египетским богом Гором],… Артемида – кошкой [Бастет],… Лето [уподобилась] – землеройке [Ваджет]…»

 

ЛЕТО – СПУТНИЦА АРТЕМИДЫ И АПОЛЛОНА

Гомер. Одиссея. Песнь шестая. 102-106. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 486) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«Так стрелоносная, ловлей в горах, веселясь, Артемида

Многовершинный Тайгет и крутой Эримант обегает.

Смерть нанося кабанам и лесным легконогим оленям;

С нею, прекрасные дочери Зевса эгидодержавца,

Бегают нимфы полей – и любуется ими Латона…»

 

Гомеровские гимны. II. К Аполлону Пифийскому. 26-28. (Источник: Эллинские поэты VIII – III вв. до н. э. / Перевод В. В. Вересаева. – М.: Ладомир, 1999. – С. 130) (греческий эпос 7-4 вв. до н. э.):

 

«И веселятся, душою великою радуясь много,

Фебова матерь, Лето златокудрая, с Зевсом всемудрым,

Глядя на милого сына, как тешится он меж бессмертных».

 

Аристофан. Женщины на празднике Фесмофорий. (Источник: Аристофан. Комедии. В 2 томах / Пер. с древнегреч.: С. К. Апт., А. И. Пиотровский, Н. Корнилов; Коммент. В. Ярхо. – М.: Искусство, 1983. – Т. 2) (греческая комедия 5-4 вв. до н. э.):

 

«(Декламирует.)

«Воспойте хвалу Артемиде, богине

Безбрачной, охотнице горных лесов».

(Поет.)

«Покорны тебе, прославляем святую

Латоны безбрачную дочь. Хвала Артемиде!»

(Декламирует.)

«Латону прославьте, и стройное пенье

Кифары, звенящей фригийским напевом

Харитам, кружащимся в танце».

(Поет.)

«Прославим Латону царицу

И гимнов источник, кифару,

И звон ее мощный, который, сливаясь

С моей вдохновенною песнью, рождает

В божественном взоре сиянье».

(Декламирует.)

«Еще раз прославим могучего Феба».

(Поет.)

«Блаженному чаду Латоны – привет!»

 

Аполлоний Родосский. Аргонавтика. Вторая книга. 702-705. (Источник: Аполлоний Родосский. Аргонавтика / Перевод Н. А. Чистяковой. – М.: НИЦ «Ладомир», 2001. – С. 51) (греческий эпос 3 в до. н. э.):

 

«(Милостив будь! всегда у тебя, о владыка, нестрижены кудри,

Вечно они у тебя нетронуты, – так подобает,

Только Латона сама, рожденная Кеем, руками

Трогает их золотыми.)»

 

ЛЕТО, АРТЕМИДА И ГИГИАНТ ОРИОН

Псевдо-Эратосфен (Эратосфен). Катастеризмы. Орион / Перевод с греческого А. А. Россиус.  (дата обращения 24 июля 2021) (греческий астроном 3-2 вв. до н. э.)

 

«Рассказывают, будто он грезился истребить всех до единого зверей, обитающих на земле, и Гея, исполнившись гнева, произвела преизрядного скорпиона, уязвленный жалом которого Орион и погиб. Зевс по просьбе Артемиды и Лето поместил Ориона за храбрость среди созвездий…»

 

Псевдо-Гигин (общее имя для неизвестных античных авторов-мифографов 2 века н. э.) Астрономия. Книга вторая. Скорпион. (Источник: Гигин. Астрономия / Перевод и комментарии А. И. Рубана. СПб., Изд-во «Алетейя», 1997):

 

«…Орион, будучи страстным охотником, счел в этом занятии себя искуснейшим ловчим и стал похваляться перед Дианой [Артемидой] и Латоной [Лето], что он способен истребить все живое, что рождается на земле. Поэтому рассерженная Теллус [Гея] наслала на него скорпиона, который, рассказывают, убил его. Юпитер [Зевс] же, восхищенный мужеством обоих, поместил скорпиона среди созвездий в назидание людям, чтобы они не были чересчур самонадеянны. Диана же, из-за любви к Ориону, попросила Юпитера оказать ему такое же благодеяние по ее просьбе…»

 

Овидий. Фасты. Книга пятая. 541-544. (Источник: Овидий. Элегии и малые поэмы / Перевод с латинского. Сост. и предисл. М. Гаспарова. Коммент. и ред. переводов М. Гаспарова и С. Ошерова. – М.: Художественная литература, 1973. – 528 с.) (римская поэзия 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

 

«Тут Скорпиона Земля [Гея] на богиню, родившую двойню,

Выслала, чтоб он ее жалом кривым уязвил;

Встал на пути Орион; но Латона [Лето] взнесла его к звездам

Ярким, промолвив ему: «Это награда тебе!»

 

ЛЕТО, АПОЛЛОН И УБИЙСТВО ЦИКЛОПОВ

Гесиод. Перечень женщин или Эои. Фрагмент 54 B. Филодем, «О благочествии», с. 34. (Источник: Гесиод. Полное собрание текстов / Вступительная статья В. Н. Ярхо. Комментарии О. П. Цыбенко и В. Н. Ярхо. – М.: Лабиринт, 2001. – С. 116) (греческий эпос 8-7 вв. до н. э.):

 

«Андрон в книге «О родственных связях» рассказывает, что по велению Зевса Аполлон находился в услужении у Адмета, а Гесиод и Акусилай сообщают, что Зевс вознамерился низвергнуть его Тартар, но Лето упросила отдать сына в услужение человеку».

 

Псевдо-Аполлодор. Мифологическая библиотека. Книга I. X (4). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 64) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«Зевс испугался, как бы люди не стали спасать друг друга, позаимствовав у этого врачевателя [Асклепия, сына Аполлона] его искусство, и поразил его своим перуном. Разгневанный этим Аполлон перебил киклопов, выковавших Зевсу перун. За это Зевс намеревался ввергнуть его в Тартар, но, уступая просьбам богини Лето, приказал Аполлону прослужить год у смертного человека».

 

ЛЕТО И НАКАЗАНИЕ НИОБЫ

Гомер. Илиада. Песнь двадцать четвертая. Выкуп Гектора. 602-609. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 411-412) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«… Несчастная матерь Ниоба,

Матерь, которая разом двенадцать детей потеряла,

Милых шесть дочерей и шесть сыновей расцветавших.

Юношей Феб поразил из блестящего лука стрелами,

Мстящий Ниобе, а дев – Артемида, гордая луком.

Мать их дерзала равняться с румяноланитою Летой:

Лета двоих, говорила, а я многочисленных матерь!

Двое сии у гордившейся матери всех погубили».

 

Фрагменты не сохранившихся трагедий Эсхила. 27. Ниоба (текст редактора издания). (Источник: Эсхил. Трагедии / Перевод М. Л. Гаспарова. – М.: Наука, 1989. – С. 281):

 

«Дочь Тантала и жена фиванского царя Амфиона Ниоба возгордилась перед богами тем, что у нее шесть сыновей и шесть дочерей (впоследствии назывались и другие цифры), а у Лето от Зевса только двое: Аполлон и Артемида. За это Аполлон и Артемида из серебряных луков перебили всех ее детей (у Эсхила – и мужа). Драма изображала Ниобу в горе о детях: к героине подходили сперва хор, потом еще кто-то, потом отец ее Тантал, но сама она почти до самого конца сохраняла молчание».

 

Псевдо-Аполлодор. Мифологическая библиотека. Книга III. V (6). (Источник: Аполлодор. Мифологическая библиотека / Перевод, заключительная статья, примечания, указатель В. Г. Боруховича. – Л.: Наука, 1972. – С. 54) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«Будучи многодетной матерью, Ниоба стала говорить, что она плодовитее богини Лето, и та, воспылав гневом, направила Аполлона и Артемиду против детей Ниобы. Артемида выстрелами из лука умертвила всех дочерей Ниобы в ее собственном доме; сыновей же, которые охотились на склонах горы Киферона, убил Аполлон. Из юношей спасся только Амфион, а из девушек – старшая Хлорида…»

 

Парфений. О любовных страстях. XXXIII. Об Ассаоне. (Источник: «Вестник древней истории». 1992 г. № 1 и № 2. Перевод с древнегреческого, вступительная статья и комментарии В. Н. Ярхо. Стихотворные переводы (кроме фр. 30) М. Л. Гаспарова) (греческий поэт 1 в до н. э.)

 

«Рассказывает Ксанф в «Лидийской истории», Неанф во II книге и Симмий Родос­ский.

Многие по-разному рассказывают о Ниобе. Так, говорят, что она произошла не от Тантала, а была дочерью Ассаона и женой Филотта; она затеяла спор с Лето о красоте их детей и испытала на себе вот какую месть: Филотт погиб на охоте, Ассаон же, охваченный страстью к дочери, хотел сам на ней жениться. Так как Ниоба не давала удовлетворения его страсти, он созвал ее детей на пир и всех сжег. Вследствие такого несчастья Ниоба бросилась с высокой скалы, а Ассаон, осознав свои преступления, покончил с собой».

 

Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга IV. Глава LXXIV (3). (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):

 

«У Ниобы же было семь сыновей и столько же дочерей, [отличавшихся необычайной красотой]. Премного возгордившись из-за большого числа рожденных ею детей, Ниоба зачастую вела себя надменно, заявляя, что она – более счастливая мать, чем Лето. Тогда, как гласит миф, рaзгнeвaннaя Лето велела Аполлону убить сыновей Ниобы, а Артемиде – ее дочерей. Повинуясь матери, боги одновременно застрелили из лука детей Ниобы, и таким образом та в кратчайший срок оказалась одновременно и многодетной и бездетной».

 

Павсаний. Описание Эллады. Книга II. Коринфика. XXI. 8-10. (Источник: Павсаний. Описание Эллады /Пер. С. П. Кондратьева под ред. Е. Никитюк. Пред. Э. Фролова. СПб.: Алетейя, 1996) (греческое повествование о путешествии 2 в. н. э.):

 

«В Аргосе… находится храм Латоны; ее статуя – художественное творение Праксителя. Статую, стоящую около богини, называют статуей девушки Хлориды (Бледная), говоря, что она дочь Ниобы; что вначале она называлась Мелибоей (Услада жизни). Когда Аполлон и Артемида убивали детей Амфиона, то из всех сестер уцелела только она одна да (ее брат) Амикл, они уцелели потому, что взмолились Латоне. Мелибоя же сразу от страха стала бледной и такою осталась на всю жизнь; в память случившегося ее вместо Мелибои стали называть Хлоридой. Так вот эти брат и сестра, как говорят аргивяне, первоначально и построили этот храм Латоне. Но я… думаю, что у Ниобы из детей не осталось никого».

 

Павсаний. Описание Эллады. Книга IX. Беотия. V. 4. (Источник: Павсаний. Описание Эллады /Пер. С. П. Кондратьева под ред. Е. Никитюк. Пред. Э. Фролова. СПб.: Алетейя, 1996) (греческое повествование о путешествии 2 в. н. э.):

 

«Говорят, что Амфион [муж Ниобы] несет в Аиде наказание за то, что и он, (как Ниоба), бросил насмешливое слово против Латоны и ее детей».

 

Псевдо-Гигин (общее имя для неизвестных античных авторов-мифографов 2 века н. э.) Мифы. 9. Ниоба. (Источник: Гигин. Мифы. / Пер. Д. О. Торшилова под общ. ред. А. А. Тахо-Годи. — 2-е изд., испр. — СПб.: Алетейя, 2000. – С. 17-18):

 

«Амфион получил в супруги Ниобу… с которой произвел на свет семь сыновей и столько же дочерей. Это потомство Ниоба считала лучше Латониного [богини Лето] и очень надменно говорила про Аполлона и про Диану [Артемиду], что та подпоясана мужским кушаком, а у Аполлона одежда донизу и длинные волосы, и что числом детей она тоже превзошла Латону. За это Аполлон убил стрелами ее сыновей, когда они охотились в лесу на горе Сипиле, а Диана перебила стрелами во дворце всех дочерей, кроме Хлориды».

 

Овидий. Метаморфозы. Книга шестая. 152-315. (Источник: Публий Овидий Назон. Метаморфозы / Перевод с латинского С. В. Шервинского. – М.: Художественная литература, 1977) (римский эпос 1 в. до н. э. – 1 в. н. э.):

 

«Многим [Ниоба] гордиться могла. Однако ни мужа [Амфиона, царя Фив] искусство,

Ни благородная кровь, ни мощность обширного царства

Любы так не были ей, – хоть было и это ей любо, –

Сколь сыновья с дочерьми. Счастливейшей матерью можно

Было б Ниобу назвать, коль себя не сочла б таковою

Как-то Тиресия дочь, владевшая даром прозренья,

Манто, по улицам шла и, божественной движима силой,

Провозглашала: «Толпой, Исмениды, ступайте, несите

Ладан Латоне скорей и обоим, Латоной рожденным,

С благочестивой мольбой! Вплетите в волосы лавры!

Ибо Латона сама моими глаголет устами!»

Внемлют ей дочери Фив, чело украшают листвою

И на священный алтарь моленья приносят и ладан.

Вот горделиво идет с толпой приближенных Ниоба,

Золотом пышно блестя, во фригийские ткани вплетенным, –

Даже и в гневе своем прекрасна и, волосы вскинув,

Что ниспадали к плечам, величавой своей головою,

Остановилась и, всех обведя своим взором надменным, –

«Что за безумье? – кричит, – предпочесть понаслышке известных –

Зримым воочью богам? Почему алтарями Латону [Лето]

Чтут, а мое божество – без курений? Родитель мой – Тантал,

Он же единственным был допущен до трапезы Вышних.

Матерь – Плеядам сестра; мне дед Атлант величайший,

Что на могучем хребте равновесье небесное держит,

Сам Юпитер [Зевс] мне дед. Но им я горжусь и как свекром.

Фригии все племена предо мною трепещут; держава

Кадма под властью моей; возведенная струнами крепость

Мужа, с народом ее, – в его и в моем управленье.

В доме, куда бы я взор ни направила, всюду встречаю

Всяких обилье богатств. К тому же достойна богини

Прелесть лица моего. Семерых дочерей ты причисли,

Юношей столько ж, а там и зятьев и невесток не меньше.

Так вопрошайте ж, на чем моя утверждается гордость!

Не понимаю, как вы порожденную Кеем титаном

Смеете мне предпочесть – Латону, которой для родов

Даже великой землей в ничтожном отказано месте.

Небо, земля и вода – всё вашу отвергло богиню.

В мире скиталась, пока над блуждавшей не сжалился Делос:

«Странницей ты по земле блуждаешь, я же – по морю», –

Остров сказал и приют неустойчивый ей предоставил.

Стала там матерью двух: то детей моих часть лишь седьмая!

Счастлива я: кто бы стал отрицать? И счастливой останусь.

Кто усомнится? Меня обеспечило чад изобилье.

Так я могуча, что мне повредить не в силах Фортуна.

Если и много возьмет, то более всё же оставит.

Так я богата, что страх мне уже неизвестен. Представьте,

Что из толпы своих чад кого-нибудь я и лишилась;

Но, обездолена так, до двоих я не снижусь, – а двое –

Вся у Латоны толпа; не почти ли бездетна Латона?

Прочь разойдитесь! Алтарь покиньте! С волос поснимайте

Лавры!» Снимают венки, покидают жертвы, не кончив,

И – то дозволено им! – небожителей шепотом славят.

Возмущена тут богиня [Лето] была и с высокой вершины

Кинфской с речью такой к своим близнецам обратилась:

«Вот я, родившая вас, появлением гордая вашим, –

Кроме Юноны [Геры], других не ниже богиня, – сомненье

Вижу, богиня ли я?! Алтари у меня отнимают,

Чтимые веки веков, – от вас жду помощи, дети!

Это не все еще зло. Танталида [т. е. Ниоба, дочь Тантала] к печальному делу

Брань добавила: вас поставить осмелилась ниже

Собственных чад; и меня – то с нею да будет! – бездетной

Смела назвать, – ведь язык у нее от отца негодяя!»

Намеревалась мольбы тут добавить Латона, но молвил

Феб [Аполлон]: «Перестань говорить! замедляешь ты жалобой кару».

То же и Феба рекла, и, быстро по воздуху спрянув,

Кадмова града [Фив] они, под облаком скрыты, достигли…

[И там Аполлон поразил своими стрелами семерых сыновей Ниобы.]

Слух о беде, и народная скорбь, и домашних рыданья

Вскоре уверили мать в нежданно постигшем крушенье,

И удивляться смогла и гневаться, как же дерзнули

Боги такое свершить – что столь права их велики!

Вот и отец Амфион, грудь острым железом пронзивши,

Умер, горе свое одновременно с жизнью окончив.

О, как Ниоба теперь отличалась от прежней Ниобы,

Что от Латониных жертв недавно народ отвращала

Или когда среди города шла, выступая надменно,

Всем на зависть своим! А теперь ее враг пожалел бы.

К хладным припала телам; без порядка она расточала

Всем семерым сыновьям на прощанье свои поцелуи.

К небу от них подняла посиневшие руки и молвит:

«Горем питайся и гнев насыщай слезами моими.

Зверское сердце насыть! И меня на семи погребеньях

Мертвой несут. Победив, торжествуй надо мною, врагиня!

Но почему – победив? У несчастной больше осталось,

Чем у счастливой тебя. Семерых схоронив – побеждаю».

Молвила, но уж звенит тетива на натянутом луке:

Кроме Ниобы одной, окружающих всех устрашила.

Та же от горя смела.

[Затем Артемида убила своими стрелами семь дочерей Ниобы, а сама Ниоба обратилась в камень.]

Тут устрашаются все очевидностью божьего гнева, –

Жены, равно и мужи; и все почитают, щедрее

Жертвы неся на алтарь разрешившейся двойней богини».

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь XLVIII. 405-428. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 479-480) (греческий эпос 5 в. н. э.):

 

«Богиня возмездия Немезида обращается к Артемиде:]

Коль многоплодная матерь снова, Лето, оскорбляет –

Каменною Ниобой плачущей женщину сделай!

Радостно я на Сипиле новый камень поставлю!

Если как некогда матерь Лето тебя ревностью гонят,

Стану мстительницей за поруганную Артемиду!»

Так рекла. Не дослушав, богиня ее прерывает,

Слово псолюбивая Лучница [Артемида] и молвит во гневе великом:

«Всеукрощающая! Водительница поколений!

оскорбила словом обидным и нечестивым

Дочерь мужа Леланта, дева-бесстыдница, Авра!

Как же поведать об этом? Позор для меня и бесчестье –

Над красотою тела богини она надсмехалась;

Как моя матерь и я поруганы! Ведь во фригийских

Землях хвалилась Ниоба перед Лето детородством,

И во фригийских пределах хвалится Авра красою!

Но заплатила Ниоба, в камень за то обратившись,

Танталида, и слезы льют и поныне обильно

Окаменелые очи…»

 

ПО ВОЛЕ ЛЕТО ЛЕВКИППА МЕНЯЕТ ПОЛ

Антонин Либерал. Метаморфозы. XVII. Левкипп [Рассказывает Никандр в книге II «Превращений»]. (Источник: Антонин Либерал. Метаморфозы / Перевод с древнегреческого, вступительная статья и комментарии В. Н. Ярхо // ВДИ, 1997, № 3-4) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

«Галатея, дочь Еврития и внучка Спартона, вышла замуж за Лампра, сына Пандиона, который жил в Фесте на Крите… Когда Галатея была беременна, он молился, чтобы родился сын, а жене приказал, если родится дочь, удалить ее с глаз долой. И так, уйдя из дому он пас свои стада, когда у Галатеи родилась дочь. И мать, пожалев новорожденную, подумала, каким пустынным окажется дом <без ребенка>; к тому же, и сновидения, и прорицатели поддерживали ее, советуя воспитывать девочку, как мальчика. Она обманула Лампра, говоря, что родила мальчика, и стала так воспитывать девочку, назвав ее Левкиппом. Когда же девушка выросла и проявилась ее несказанная красота, Галатея испугалась, что нет больше возможности скрывать правду от Лампра; она укрылась в святилище Лето и стала горячо молить богиню, чтобы вместо дочери у нее мог появиться сын…Лето сжалилась над непрерывно горевавшей и молившей ее Галатеей и изменила природу ее дочери, превратив ее в юношу. Жители Феста все еще помнят об этом превращении и приносят жертвы Лето Фитии, которая позволила вырасти мужскому члену у девушки, а праздник называют Разоблачением (Экдисия), так как Левкипп сбросил пеплос».

[Примечание: эта история появляется также в «Метаморфозах» Овидия, но превращение выполняет египетская богиня Исида.]

 

ЛЕТО НА ТРОЯНСКОЙ ВОЙНЕ

 

Гомер. Илиада. Песнь пятая. Подвиги Диомеда. 445-448. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 97) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«Феб [Аполлон] же, [раненого] Энея похитив из толпищ [битвы], его полагает

В собственном храме своем, на вершине святого Пергама,

Там Анхизиду и Лета и стрелолюбивая Феба

Сами в великом святилище мощь и красу возвращали».

 

Гомер. Илиада. Песнь двадцатая. Битва богов. 38-72. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 334-335) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«[Боги вышли друг против друга в сражении на Троянской войне:]

К ратям троян устремился Арей, шеломом блестящий,

Феб, не стригущий власов, Артемида, гордая луком,

Лета, стремительный Ксанф…

Противу Геры пошла златолукая ловли богиня,

Гордая меткостью стрел Артемида, сестра Аполлона;

Противу Леты стоял благодетельный Гермес крылатый…»

 

Гомер. Илиада. Песнь двадцать первая. Приречная битва. 489-504. (Источник: Гомер. Илиада. Одиссея / Перевод с древнегреческого Н. Гнедича. – М.: Художественная литература, 1967. – С. 358) (греческий эпос 8 в. до н. э.):

 

«[Гера] Так лишь сказала и руки богини [Артемиды] своею рукою

Левой хватает, а правою, лук за плечами сорвавши,

Луком, с усмешкою горькою, бьет вкруг ушей Артемиду:

Быстро она отвращаясь, рассыпала звонкие стрелы

И, наконец, убежала в слезах.

Так Артемида в слезах убежала и лук свой забыла.

Лете, богине, тогда возгласил возвестительный Гермес:

«Лета! сражаться с тобой ни теперь я, ни впредь не намерен:

Трудно сражаться с супругами тучегонителя Зевса.

Можешь, когда ты желаешь, торжественно между бессмертных,

Можешь хвалиться, что силой ты страшной меня победила».

Так говорил он, а Лета сбирала и лук и из тула

Врознь по песчаным зыбям разлетевшиесь легкие стрелы.

Все их собравши, богиня пошла за печальною дщерью».

 

РАЗНЫЕ МИФЫ О БОГИНЕ ЛЕТО

 

Павсаний. Описание Эллады. Книга III. Лаконика. XIII. 3. (Источник: Павсаний. Описание Эллады /Пер. С. П. Кондратьева под ред. Е. Никитюк. Пред. Э. Фролова. СПб.: Алетейя, 1996) (греческое повествование о путешествии 2 в. н. э.):

 

«У Праксиллы в ее поэмах есть указание, что Карней является сыном Европы и Зевса и что его воспитали Аполлон и Латона».

 

Павсаний. Описание Эллады. Книга X. Фокида. XIII. 4. (Источник: Павсаний. Описание Эллады /Пер. С. П. Кондратьева под ред. Е. Никитюк. Пред. Э. Фролова. СПб.: Алетейя, 1996) (греческое повествование о путешествии 2 в. н. э.):

 

«От мантинейцев из Аркадии была пожертвована медная статуя Аполлона; она стоит недалеко от сокровищницы коринфян [в Дельфах, Фокида].

Есть тут группа: Геракл и Аполлон держатся за треножник и готовы вступить в борьбу из-за него. Латона и Артемида успокаивают гнев Аполлона, Афина удерживает Геракла».

 

Антонин Либерал. Метаморфозы. XX. Клинис [Рассказывает Бей в книге II «Происхождение птиц» и Симмий с Родоса в «Аполлоне»]. (Источник: Антонин Либерал. Метаморфозы / Перевод с древнегреческого, вступительная статья и комментарии В. Н. Ярхо // ВДИ, 1997, № 3-4) (греческий мифограф 2 в. н. э.):

 

«… Богобоязненный и богатый человек по имени Клинис… хотел принести жертву богу, как это делают у гиперборейцев, и выставил у алтаря гекатомбу из ослов. Но появившийся Аполлон пригрозил убить его, если он не прекратит этого жертвоприношения и не станет посвящать ему, как обычно, коз, баранов и быков… И вот Ликий и Гарпас, выслушав сказанное, приказали принести в жертву ослов…И когда Клинис стал убеждать их еще более настойчиво, Гарпас и Ликии силой высвободили ослов с привязи и погнали к алтарю. Тогда бог внушил безумие ослам, и они принялись пожирать и Клиниса, и его детей, и их слуг. Они же, видя свою погибель, стали взывать к богам… Лето и Артемида решили спасти Клиниса, Артемиху и Ортигия, так как они не были виноваты в нечестивом поступке. Аполлон уступил Лето и Артемиде и до наступления смерти превратил всех в птиц…Ликий после превращения стал вороном с белым оперением, но потом, по воле Аполлона, почернел, так как он первым известил его, что дочь Флегия Коронида вышла замуж за Алкионоя. Артемиха стала птицей пифингой, весьма угодной и богам, и людям, Ортигий же – синицей, потому что пытался убедить своего отца Клиниса принести в жертву Аполлону коз вместо ослов».

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь XXIV. 93-97. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 237) (греческий эпос 5 в. н. э.):

 

«Нимфы же адриады богам олимпийским спасеньем

Все обязаны, чтящим боле всего деревья:

Аполлон, бог лавра, спас нимф из рощи лавровой

[когда индийская река Гидасп попыталась утопить их вместе с армией Диониса],

Вместе с ним поспешает на помощь Лето́, его матерь,

Ибо она почитает древа, что полезны при родах [делосская пальма] …»

 

Нонн Панополитанский. Деяния Диониса. Песнь XXXVI. 3-11. (Источник: Нонн Панополитанский. Деяния Диониса /Пер. с древнегреческого Ю. А. Голубца. — СПб: Алетейя, 1997. – С. 338) (греческий эпос 5 в. н. э.):

 

«Разделились и боги, насельники высей Олимпа,

Поборают в сей распре и тому, и другому,

Ибо одни за Лиэя [Диониса], другие за Дериадея [царя индов]!

Бог Гермес благожезлый богиню Лето вызывает,

И от распри божественной отзвук двойной поднялся…»

 

СВЯЩЕННЫЕ ЖИВОТНЫЕ И ПТИЦЫ

Клавдий Элиан. О мире животных. Книга IV. 29. / Переводчик: Агностик. (Источник: Симпосий, сайт об античной литературе, античной истории и людях античности [http://simposium.ru/ru/node/12146] — дата обращения 30 июля 2021) (древнеримский писатель и философ 2-3 вв. н. э.):

 

«… Я узнал, что петух любимая птица Лето. Причина в том, как говорят, что он был при ней, когда она счастливо разродилась двойней. Вот почему и по сей день петуха держат под рукой при родах, так как считают, что он содействует лёгким родам».

 

Клавдий Элиан. О мире животных. Книга X. 47. / Переводчик: Агностик. (Источник: Симпосий, сайт об античной литературе, античной истории и людях античности [http://simposium.ru/ru/node/12146] — дата обращения 30 июля 2021) (древнеримский писатель и философ 2-3 вв. н. э.):

 

«Одна и та же особь ивхевмона является и самцом и самкой, соединяя оба пола, и Природа наделила каждое отдельное животное способностью и оплодотворять и рожать потомство… Ивхевмон, говорят, посвящен Лето и богине родов [Илифии], а народ Гераклеополиса, говорят, поклоняется ему».

 

ГИМНЫ ЛЕТО

Орфический гимн XXXV. Лето (фимиам, смирна). (Источник: Античные гимны. Переводы с древнегреч. Под ред. А. А. Тахо-Годи. — М.: Изд-во МГУ, 1988. – С. 215) (греческие гимны 3 в. до н. э. – 2 в. н. э.):

 

«В пеплосе черном Лето, породившая двойню богиня!

О Коантида [дочь Коя], могучая духом, молимая всеми,

Ты, кто Зевесово семя благим обратила потомством,

Феба [Аполлона] на свет породив с Артемидою, лучницей славной –

Дочь на Ортигии ты родила, а на Делосе – сына.

Внемли, богиня-владычица, милость имея на сердце!

К жертве всебожьей гряди, принося завершенье благое!»

 

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ИМЕНИ ЛЕТО

Платон. Кратил. 401a-401b, 406a-406b. / Пер. Т. В. Васильевой. (Источник: Платон. Собрание сочинений в 4 т.: Т. 1 /Общ. ред. А. Ф. Лосева и др.; Авт. вступит. статьи А. Ф. Лосев; Примеч. А. А. Тахо-Годи; Пер. с древнегреч. – М.: Мысль, 1994. – С. 634-635, 640) (греческий философ 4 в. до н. э.):

 

«Сократ. … Будем рассуждать о людях и выяснять, какое представление о богах те имели, когда устанавливали для них имена.

…Первые учредители имен не были простаками, но были вдумчивыми наблюдателями небесных явлений и, я бы сказал, тонкими знатоками слова.

Лето [названа] за мягкость этой богини, поскольку она благоволит к мольбам молящих. Но может быть, более верно то имя, каким зовут ее чужеземцы, ведь многие называют ее Лефо: в этом случае, видимо, подчеркивается, что нрав ее (f]Ooç) не колюч, но кроток и ласков (A,etov)».

 

Оцените статью
Боги Греции
Добавить комментарий

восемнадцать + семь =